отзывы и рeцензии

Межсезонье: отзывы и рeцензии

«Межсезонье» — это молодое отечественное кино, поднимающее насущные социальные проблемы. В основе фильма лежит конфликт поколений. Увертюрой кинокартины служат короткие видеоролики, записанные подростками, в которых они рассказывают о своих проблемах. Все дети, представленные на экране в один голос кричат о непонимании и нежелании их понять со стороны родителей. Это вечный конфликт поколений, который в условиях современной России приобретает всё большее значение. Саша и Даня — главные герои фильма — устают жить в условиях вечной психологической подавленности со стороны родителей, вследствие чего подростки бунтуют. Но в чем же заключается их революция? Они ратуют за идеи нонконформизма, идут против общества, а попутно нарушают всевозможные нормы приличия, хулиганят, воруют и т.д., в общем, классически изображенный подростковый бунт, который к тому же выглядит очень нереалистично. Да и в целом это, скорее всего, в другом кино выглядело бы не очень уместно, в отличие от «Межсезонья»; картина, как бы, не старается соответствовать жестким рамкам реализма, в этом и заключается ее поэтика — кино не очень реальное, зато искреннее. Герои на протяжении всего фильма убегают: сначала от родителей, потом от общества, а впоследствии от государства. Эта последовательность сопровождается четкой градацией персонажей, отчетливо видно их изменение от начала к концу картины. Если в начале это робкие школьники, то в конце это обезумевшие анархисты; но их объединяет одно, что в начале, что в конце — они в тупике, они так и не добились понимания родителей. Где же они свернули не туда? Вернемся к социальной повестке фильма, о которой говорилось в начале. Почему «Межсезонье» это важное и нужное кино? Безусловно, это кино о поколении Z, которое занимает лидирующее место в перспективе общественного устройства. У нас в стране очень много талантливой и умной молодежи; эти люди хотят выбрать профессию, которая будет приносить им удовольствие; эти люди хотят быть лучшими, ценящими родителями своих детей и т.д. Но с какой главной проблемой сталкивается эта молодежь? Обращаемся к началу киноленты «Межсезонье» — молодое поколение сталкивается с указательным родительским пальцем, который диктует им правила жизни: «Ты должен!». Таким образом, «Межсезонье» транслирует действительно важную проблему для всего нашего современного общества. Этот фильм, конечно, не назовешь шедевром и сюжет слишком категорично воспринимать не стоит, хоть он и весьма слаб. Вытягивает фильм социальная повестка, также хороша операторская работа, но «Межсезонье» значительно проседает на фоне того же «Витьки Чеснока…». Еще одним плюсом являются подобранные саундтреки, они органично подходят для подросткового кино: Дайте танк (!), Шарлот, Пошлая Молли, Shortparis, Антоха МС. «Межсезонье», как уже говорилось раннее, кино не очень реалистичное, зато искреннее, которое однозначно стоит посмотреть!

С нетерпеньем ждал нового фильма Ханта, потому что его предыдущая работа «Как Витька Чеснок вез Леху Штыря в дом инвалидов» стала для меня одним из самых ярких событий российского кинематографа за последние 20 лет. Новый фильм Александра, «Межсезонье», был очень тепло принят аудиторией на премьерном показе в «Октябре» и все мои друзья, посмотревшие картину, порекомендовали ее знакомым. Меня фильм скорее разочаровал. Сцены похождения героев, начиная со сцены криков в общепите до сцены на «марсианском пейзаже», на мой взгляд, несколько затянуты и плотность событий не выдерживает хронометраж. Есть ощущение, что эти сцены тяготеют больше к клиповому монтажу и по форме легче встраиваются в хронометраж короткого метра, либо же требуют бОльших сценарных перипетий. Многие эпизоды в фильме, на мой взгляд, сделаны для того, чтобы быть гэгами и не продвигают сюжет. Очевидно, что в комедиях такой прием имеет место быть, но я ждал более тонкого внедрения этих фрагментов в драматургическую ткань фильма. Работа актеров и режиссера с актерами, на мой взгляд, неровная. Немало моментов, в которых актеры, исполняющие родителей, а также некоторые актеров-эпизодники, скатываются в «Ералаш» и скорее изображают прямые гротескные эмоции, а не существуют «в процессе». Когда на протяжении одной сцены (особенно драматичной) одни персонажи существуют в драме, а другие откровенно «изображают страдания», то это моментально отключает меня от сопереживания истории. Дискутировать о том, согласен ли я с финалом или нет, не вижу смысла, потому что автор сделал тот финал, который посчитал нужным. Скажу лишь, что чувствую противоречие, между тем, что автор показывает нам на протяжении фильма, к чему эмоционально нас подключает и тем, какую рациональную позицию он проговаривает на премьере во время обсуждения. Но это мое субъективное мнение, у большинства зрителей такого вопроса не возникло. Что понравилось: кастинг как основных, так и второстепенных персонажей, подбор локаций, яркость и точность операторской работы, художественная постановка, музыкальный ряд, документальные вставки. Герой «Дырявый» - находка! Понравилось, как сделана сцена на стадионе, сцена в магазине шуб и в ресторане. А сцена «в ванной на улице» (назову ее так, чтобы не спойлерить о чем она), на мой вкус, должна занять почетное место в истории российского кинематографа. Подводя итог, хочу сказать, что для меня «Межсезонье» - яркая и свежая, но несколько неровная картина, а «Витька Чеснок» до сих пор остается непревзойденной высотой.

Несколько дней приходил в себя от фильма Александра Ханта 'Межсезонье'. Это тот самый, чудесный, который с Витькой Чесноком вёз Лёху Штыря в дом инвалидов. Если вам это что-то говорит. Даже если не говорит - новый фильм достоин особого внимания. Что в нём есть? Во-первых, интересный, продуманный сюжет. С огромным количеством гиперссылок, внутренней драмой, с законченными линиями персонажей. И несмотря на то, что сюжет несколько раз обманывает наши ожидания, в нём всё на местах. И если концовка пугает, расстраивает или вызывает слезу, то вовсе не разочаровывает. Фильм заканчивается с того, с чего начался. Только изменив нас, перевернув нам мир, 'подсыпав стекла толчёного', как говорит один мой хороший знакомый. О чём? О подростках, наверное. Если одним словом. Но на самом деле в фильме одновременно несколько серьезных, глубоких смысловых нагрузок. О том, что подростки - уже взрослые. О том, что все взрослые, все до единого - такие же дети, такие же злые или добрые, совершающие безумия и ошибки. Просто в какой-то момент, родив, вдруг решили, что имеют право наставлять своих детей. О России. Очень много, может даже между строк, фильм говорит о настоящем нашей страны, а также пытается сквозь пелену рассмотреть будущее. Отдельно хочется отметить великолепного оператора. Наташа Макарова не просто украсила фильм, она привнесла в фильм отдельные смыслы. Всего одним кадром ей удавалось передать настроение, раскрыть психологический портрет героя, поговорить о России. Но главное, она вернула мне волшебство. Подарила детский взгляд на вещи. Выходя из фильма идешь и реально читаешь вывески. Смеешься над тем, чего до фильма просто не замечал. После двух часов просмотра окружающая реальность начинает меняться и превращается в чудесный мир алисиного зазеркалья. Фильм - однозначно к просмотру. Фильм - не на один раз. Фильм достоин внимания всех, кто любит красивые, умные и целостные фильмы.

Поначалу смотришь на 'малолетних дэбилов' и ухмыляешься насколько они похожи на подростков даже моего времени, претензионное речи, жизнь боль, хочу уехать в Америку, свобода слова. И тут же парень отвечает, что свобода слова вроде как и есть, и толком сформулировать, что он имеет ввиду не может, тут же говорит что хочет быть художником, но он даже не пробовал рисовать. Мне нравится что меня не тыкают мордой и не говорят вот смотри родители плохие, а это бедные дети или наоборот, и те и другие в своей мере ненормальные. Мне нравится посыл - люди, говорите со своими детьми, говорите с ними, попробуйте на секунду свою правоту и правильность убрать в сторону и искренне говорите со своими детьми, устрашения, правила, нравоучения никогда не позволят быть близкими, никогда вы не сможете убедить ребенка что плохо, а что хорошо, если вы будите в позиции врага, учителя, кем то кто противопоставляется ребенку, есть о чем задуматься. У фильма есть развитие, диалоги, сюжет, актерская игра, режиссура, операторская работа... Это шедевр, лучшее кино, что я смотрел за несколько лет, однозначно лучшее, что я смотрел из отечественного кино, браво.

Мы разрисуем все заборы своими стихами. Достань, пожалуйста, краску из рюкзака. Нам ни к чему учителя – мы придумаем сами Правила русского языка. @ Группа «Дайте танк (!)», трек «Мы». В 2017 году молодой дебютант Александр Хант ворвался в списки многообещающих российских режиссёров со своим «Витькой Чесноком» – историей о сложных взаимоотношениях бывшего детдомовца и его отца-уголовника. Для следующего полнометражного проекта, избрав помимо привычной темы «отцов и детей» также тему подросткового бунта, Хант попытался выбить бюджет у МинКульта, но «Межсезонье», имевшее хорошие перспективы, ушло в незаслуженный резерв. Тогда автору пришлось справляться своими силами, и труд над новым фильмом частично превратился в исследование контингента российской молодёжи. Перед нами – смелое и актуальное социальное высказывание, но столь ли оно совершенно на самом деле? Можно рассматривать «Межсезонье» в контексте как времени, так и жанра. В первом случае любое явление в сфере искусства, хоть немного дающее ощущение свободы (даже если под её великой маской скрывается жалкая вседозволенность), при учёте реалий жизни в России покажется глотком свежего воздуха, ведь борьба с системой – одна из излюбленных «удочек» отечественного авторского кино. Для критиков не всегда важно, в чьей крови размазывается противоборство: портите вы баллончиком шубы на базаре, закапываете мента в могилу, превращаетесь в настоящего революционера – появится достаточно мнений о том, что эта картина жизненно необходима нам здесь и сейчас. Так что лично меня интересует второй случай, а именно: как фильм справляется сам с собой внутри заданных траекторий. Подростки бунтуют далеко не впервые, но всякий раз задумываешься, насколько обоснован их бунт. Соответствует ли внешний накал его внутреннему отражению? Так ли ужасно им жить на свете, чтобы хотеть вырваться из серой обыденности любой ценой – даже при смертельной опасности побега? Хант берёт за основу псковскую трагедию 2016-ого года про пятнадцатилетних Дениса и Катю из посёлка Струги Красные. Цель – не создание подробного биографического полотна, а вольная интерпретация, через которую режиссёру важнее выразить другое. Например, поведать о том, как родители не находят общего языка с ребёнком. Или о том, чем оборачивается жажда свободы (вседозволенности?), не знающая меры. Либо вообще нарисовать портрет юного поколения, втиснутый в затхлый, чопорный, неприступный и местами жутко тупой мир взрослых. Можно ли досконально развернуть все выбранные аспекты почти за два часа? Черновая версия монтажа, со слов Александра, была трёхчасовой, а наш прокат, как известно, с трудом терпит большие формы. Но будь это хоть сериал – суть не меняется. Что мы видим? Очередное столкновение поколений, проявившееся через неумение контактировать, разговаривать, слушать и понимать. С одной стороны – мальчик и девочка, страдающие от родительской гиперопеки. С другой – их так называемые «предки», говорящие с детьми типичными лозунгами в стиле «вырастешь – узнаешь, а пока не рыпайся». Зритель с головой погружается в приключения Саши и Дани, и в чём Ханта не упрекнуть – так это в удивительном по красоте и силе эмоциональном воздействии через отточенную форму фильма. Визуальное обогащение картины видно за версту, так как использовано множество приёмов, способных вселить в зрителя уверенность, что герои всё делают правильно, ведь не зависеть ни от кого и временами хулиганить, но не терять дар быть искренними в своих чувствах – лучше любых удовольствий. В противовес ставится выученная беспомощность давно выросших и погрязших в повседневной рутине дядечек да тётечек. Их образы порой карикатурны до той степени, когда невольно поддаёшься манипуляции: ага, им сопереживать не обязательно, ведь они – дураки, а молодость всё простит. Хант умело удерживает внимание аудитории, утверждая выбранный ракурс как единственно верный, но ближе к концу всё-таки даёт старшим шанс проявиться иначе. Откуда-то вдруг берётся давно забытая любовь к отпрыскам, а сами отпрыски, познав тяготы существования вне дома, создают собственный уютный уголок, готовый разрушиться под давлением обстоятельств в любую секунду. Повторюсь, к технической составляющей вопросов почти что нет. Режиссёр говорит с аудиторией на понятном ей языке, вдобавок сдабривая частную историю контекстом проблематики всей несовершеннолетней прослойки общества: об этом свидетельствуют несколько репортажных сцен-вкраплений, расширяющих вселенную «Межсезонья» и частично меняющих заданную художественную оптику. Также здесь много чудесной музыки, очаровательные актёры, ловкое лавирование между драмой и комедией. Всё это похвально. Но, к сожалению, в значительной степени выделена лишь одна сторона конфликта, и мотивация у этой стороны до боли спорная. Риск провалиться в излишнюю романтизацию пубертатного бунта, пусть и страшно привлекательного в сансаре вседозволенности (всё ещё уверены, что свободы?), всё-таки случился. Боль родителей, по-настоящему переживающих за своих детей, тоже случилась – правда, с натяжкой. Легко вычислить, на чьей стороне сам автор, к какой позиции склоняется, и мир, поделённый на чёрное и белое, лишь при развязке обретает смешанные черты. Только «чёрное», на поверку, не такое уж «чёрное» (да, взрослые ведут себя истерично, но вы когда-нибудь теряли собственных детей?). А «белое» является «белым» потому, что любая подростковая прихоть или стремление к революционному социальному противостоянию привычно воспринимается зрителем как положительная доминанта. Но прихоть и революция – не одно и то же. В «Межсезонье» идея бездумного гедонизма как освобождения от довлеющей системы выпячена на первый план, хотя не прав почему-то опять социум взрослых, ведь в нём не пускают на вечеринки и не разрешают дарить серьги малознакомым девушкам. Там никто не рад разукрашенным шубам, сворованным деньгам, приставленному к виску пистолету, но почему-то именно взрослые, какими бы малодушными ни казались, рвут жилы во спасение своих нерадивых сынов и дочерей, и, кстати, не то чтобы превращают их жизнь в ад. Пресловутого ада показано не так много, как на самом деле бывает в некоторых семьях. Степень его экспрессивности не соразмерна той же степени у последовавшего бунта, и сопереживать мы вроде должны бунту, а он оказывается даже кровопролитнее, чем тот ад (адочек), что привёл к нему. Лично мне здесь не жалко никого. Там, где люди совсем разучились слышать друг друга, деградация и смерть – единственные ораторы. Таким образом, «Межсезонье» – отлично сделанная и разыгранная, но очень неоднозначная работа. Фильм, который должен был стать мостиком между поколениями, может эти же поколения рассорить ещё больше. Сам же Хант прав в одном: чтобы быть на общей волне с ребёнком, нужно чаще рассказывать ему о себе и суметь услышать его самого. Другое дело, что не каждый протест, возникший из-за недопонимания, способен открыть пути к настоящей свободе. Мы валяем дурака, и пока Впечатления – наша валюта. @ Группа «Дайте танк (!)», трек «Мы». 6 из 10

Не представляется возможным рассматривать новую картину Александра Ханта оторвано от тех событий, которыми живет сегодняшняя Россия. Начинается лента с любительских видеороликов, на которых подростки рассказывают о своих взаимоотношениях с родителями. В них дети признаются в искоренении собственных интересов из-за запретов и непонимания со стороны родителей. В них убивают самодостаточность. Всё это очень напоминает язык, который использует Ханеке в своих картинах. Вспомнить, например, «Хэппи–энд». Но, если там убийство зверька является действием сознательным, то «Межсезонье» говорит об убийстве непреднамеренного характера. Всему виной незнание, порождающее равнодушие к собственной жизни и привязанность к всеобщему конформизму. Эти люди сторонятся тех, кто расходится с ними во мнениях. В центре сюжета двое подростков: Саша и Данила, которые сначала нашли друг в друге шанс на воплощение в реальность взрослых желаний, а затем и символ для того, чтобы изменить окружающий их мир. Мир, который гундит и пыхтит. Этот «мир» – Екатеринбург, в котором и происходит всё действие картины. Люди, здесь бормоча говорят о том, как жить вроде и хорошо, но в то же время не очень. Вот Саша с Даниилом и решили следовать методу, чтоб что-то изменить – нужно начать с себя. Пока те сбежали из дома вершить свою революцию, близкие в лице родителей, стали бить тревогу. Матери ищут помощь у гадалок, а отчим Саши – полицейский, с песней «Родина» от ДДТ на рингтоне, разъезжает и ищет все способы заточить революционеров. Кроме едущих на родину, и кричащих там – уродина, Хант вновь заполоняет свой фильм музыкальным комплектов из всех, кто готов критиковать и говорить. «Я и есть тот народ, что так долго терпел» – начинает Кислота, «Зачем я здесь?» риторически спрашивает Дайте Танк, «Не делай драму» – настаивают Shortparis, «Раньше можно было двигаться куда-то» – с отчаянием заявляет Антоха МС. Как и в случае с «Витькой Чесноком» Александр Хант не просто включает, а буквально вкрапляет музыку в свою картину. Теперь она не просто звучит и играет, а говорит и кричит. В какой-то момент «Межсезонье» можно назвать растянувшимся прологом «Зеркала» Андрея Тарковского. «Громко и четко, свободно и легко…, – Я могу говорить!». Если сказать сейчас, то сможешь говорить до конца своей жизни – еще один метод борьбы главных героев. Бернардо Бертолуччи и его «Конформист» с «Мечтателями» обязательно зайдут в одну комнату со смотрящим зрителем. От того фильм Ханта отчасти напоминает французский кинематограф с ее метаморфозами в 70-х годах и картины режиссеров-«нововолновцев». И если там революция являлась предметом освобождения от консервативных норм и устоявшихся правил, то революция в картине Александра Ханта – это скорее вынужденная и единственная мера, способная хоть как-то изменить воздух, повисший и умертвивший всё живое. И эта революция не предполагает дубинки и коктейли Молотова, так как революция в «Межсезонье» – это решение спонтанного характера, ибо массовое движение невозможно. Тебя не так поймут. А если и поймут, то заберут в место, не столь отдалённое. Свобода и спонтанность приводят картину Александра Ханта к тем проблемам, что сменяемость жанров и настроения даёт о себе знать в неположительном ключе. Какой бы вкусной и слезливой не была эта жвачка, сложно прочувствовать единение во всем этом блеске. Подчеркивая нетривиальность Саши и Данила на фоне потерянных и равнодушных, Хант часто занимается перевоплощением центральных героев. А тут ещё и вплетение в сюжет произошедшей в 2016-м году истории, связанной с псковскими школьниками. От всех этих накрученных составляющих «Межсезонье» выглядит как дипломная работа режиссёра, у которого определённо есть потенциал. Но, Александр Хант уже имеет за плечами багаж качественных работ, от того «Межсезонье» выглядит как одна из запятых в фильмографии автора. Тем не менее и сегодня, и завтра, и через месяц «Межсезонье» будет смотреться как картина-зеркало сегодняшних, неправильных дней. Оно правильно подаёт тон и говорит слова, которые делают эту картину важной для современного российского кинематографа. Это не про минусы жизни, о чем постоянно снимает, например, Юрий Быков, а это про умение слушать, видеть и говорить. Но, насколько все это поможет? – Хант рекомендаций не даёт. Вместо этого, самое выразительное, что здесь есть – «Подростки в лесу». Эпизод с застывшими лицами молодых людей, которых поставили на режим ожидания. И очень важно этот режим ожидания выключить, ибо «заблудившееся настроение» так и оставит тебя в лесу, в котором ты, как и многие другие, заблудишься. 7 из 10

'Межсезонье' Ханта оказалось полной профанацией. Даже не знаю, у кого подглядывал. У 'Богини' Литвиновой? У того старого фильма из 90-х, нулевых, где еще Фадеевское 'Лети за мной' звучало? У Сироткина - клип 'Бейся, сердце' (лучшая визуальная сцена фильма явно отсюда). У 12-летней Дарьи Волосевич - в клипе-кавере на 'Кукушку' Цоя? У Германики, наконец?! Вообще, странный режиссер. Похож на спекулянта. То 'Витьку Чеснока' с замысловатым названием выпустит (смотрел, чес слово! не помню из фильма почти ничего. но там точно было что-то чуть ли не из 'Достучаться до небес'), а потом корона - на тебе короткометражку. А потом подростки убились в онлайн-эфире - на тебе кино. Снимать в России острую социалочку, когда у нас был Балабанов и есть Быков... Надо уметь. Вот от души не люблю Германику. Но её 'Все умрут, а я останусь' давней давности куда как более честное и актуальное кино, чем 'Межсезонье' Ханта. Не знаю, чья слава не дает ему покоя. Мб, самой Киры Муратовой? Или Уэса Андерсона? Иначе зачем делать подростковую драму такой китчево-наигранной, искусственной? Или режиссер ищет свой метод, подсматривая за всеми, кем можно? Дурацкие театральные кривляния и никак необоснованные поступки главных героев превращают драму в черную комедию, в которой никому не сочувствуешь. На это играет и приглашение на одну из ролей известного фрика, засветившегося на всех возможных ток-шоу всех официальных каналов российского тв. И вот перед нами сплошные чрезмерно-театральные кривляния и никак психологически немотивированные поступки главных героев - а вот (бац!) клипово - красивая романтическая сцена (опять же - подсмотренная). А затем - на, получи, фашист, гранату - социально важная сцена из вышеупомянутого клипа на 'Кукушку'. И что? Дорогие взрослые, воспитывайте лучше своих детей? Будьте к ним внимательнее? Прекрасно. Но мы все - из70-х,80-х,90-х - воспитывались кое-как. Времена изменились, да. Хант сам себя обезоруживает ужасно сентиментальными сценами признаний своих героев. 'Мама любила папу, папа умер - у нее сдвиг по фазе' - 'Мама была лучшей подругой, встретила мужика - предала себя, ей теперь новый диван интереснее меня'. Тьфу, как плоско и пошло. И это - все их проблемы. Ради этого нужно бежать. Вопреки этому нужно стрелять. Жизнь ужасно невыносимая - ведь никто не любит. Кто из нас не был подростком? Мы как-то еще живы. А Ханту надо убить своих героев - чтобы было красиво, грустно и актуально. К реальной истории, кажется, это имеет очень посредственное отношение. Но их, в фильме, не жалко. Там вообще никого не жаль - все клоуны и дебилы. Очень печальное кино. Его хочется развидеть. Уж лучше 'Схема' нелюбимого мной Шарипова - куда как больше расскажет о современной молодежи.

Россия, Екатеринбург, излет десятых годов двадцать первого века. Молодая девушка по имени Саша ненавидит свою мать, своего отчима-мента, своих одноклассников, да и вообще всех вокруг. Даня учится с ней в одном классе и тоже не в восторге от гиперопекающей мамы, да и вообще от невыносимой нелегкости бытия. Однажды они попытаются заняться случайным сексом на случайной же вечеринке, но отчим Саши им помешает. И вот этого подростки уже не простят никому. А вскоре у них появится огнестрельное оружие. Второй фильм – всегда большое испытание для счастливчика-дебютанта. Александр Хант (чей первый фильм “Как Витька Чеснок вез Леху Штыря в дом инвалидов” был милейшим роуд-муви в стиле американского сентиментального кино, в частности “Человека дождя”) пять лет назад поразил всех своим особым визуальным мышлением и очень теплой интонацией. Чего-то подобного ждешь и от второго фильма, где весьма схожий синопсис: два близких человека, у которых тем не менее есть фундаментальные разногласия едут на машине через Россию и выясняют отношения в очень яркой цветокоррекции, заставляющей вспомнить аж о Уэсе Андерсоне. Все так, да не так. По сравнению с дебютом второй фильм несравненно более жесткий, болезненный, неуютный, острый и даже остросоциальный. Достаточно лишь сказать, что фильм отталкивался от трагедии псковских подростков, чья история потрясла Россию шесть лет назад. И если по началу фильм похож на милое приключение в духе Витьки Чеснока, ближе к концу вспоминаешь уже скорее фильмы Гай Германики – так все страшно. Еще одна очевидная культурная традиция, которой Межсезонье вполне наследует – это американские фильмы о двух влюбленных с дробовиками против всего мира. Это и “Бонни и Клайд” и “Прирожденные убийцы” и “Дикие Сердцем”. Однако здесь все очень тонко перенесено на национальную почву. Что во всей этой истории действительно интересно, так это ее этическая амбивалентность. Отношение к героям может быть самое разное. Кто они? Романтичные бунтари или жестокие прирожденные убийцы? Мир взрослых действительно так плох, или это все бушующие гормоны? Прелесть “Межсезонья” в том, что его можно трактовать как угодно. Консерватор увидит в фильме злую сатиру на подростковый бунт, который хватило разве что на то, чтобы испоганить шубы в магазине. А романтик увидит в фильме печальную и элегическую историю о невозможности протеста в современной России. И желании как можно скорее починить сломавшийся мир, который никак чиниться не хочет. “Межсезонье” вполне может стать гимном поколения, бунт которого закончился провалом. Один сезон, сезон их родителей уже закончился, а новый, их личный сезон еще не начался. Про людей, живших в семидесятые говорили, что они застряли в межвременье. Нынешние зумеры застряли в межсезонье. Бежать некуда. Разве что, в дом инвалидов.

Российское кино сейчас существует в 2-х вариантах: первый обречен на провал потому, что выкраивает наше кино по западным лекалам, отвращая зрителя несовпадением культурных кодов, а второй часто выстреливает потому, что идя проторенной дорожкой Балабанова и Звягинцева, смачно режет по больному, от которого шокированно кудахтают заслуженные члены еврокинофестивалей. Наш пациент из палаты номер «2» и он уже в прокате. Исследуя махровую проблему «отцов и детей», вторых он представляет как космических пришельцев, чьи ожидания от реальности с нею несовместимы-а посему (разве когда-то в истории было по-другому?) в отдельно взятом спальном районе Ебурга срочно необходима революция. Современная история начинается как гениальный «Вам и не снилось», продолжается как «Бонни и Клайд» и заканчивается «Ромео и Джульеттой». Случайный союз мужественной девочки и женоподобного мальчика местами настолько невозможен, что хочется немедленно все это прекратить, но в кино за денежку я пошел именно для того, чтобы не было возможности избежать выхода из зоны комфорта. Романтизирующий воровство, ложь, наглость, нарушение правил, оскорбление старших, угон, огнестрел-этот полудок/полухуд-контрольный в голову о том, что пора обратить на «пришельцев» внимание, лучше сразу законодательно-надеюсь именно к ним, а не к себе, хотел привлечь внимание режиссер Хант (aka Евсеев). Разложение еще не сформированной личности на фоне отсутствия любви имеет разные формы и выражение каждой из них-крик о помощи, а оставшиеся буквы «ANGER» на угнанном Рендже-первопричина того, что закончиться хорошо уже не может… Они не виноваты в последних тридцати годах страны, но исправлять все ИМ. Не нравится, что тебя окружает? Сделайте лучше. Сами. Своими руками и головой. И хватит на хрен ныть!!! А лучше всего, начните с себя. Режиссер открывает миру свежайший каст, немного переигрывающий в его начинающих руках, совершенно сумасшедший саундтрек и кричащие о помощи локации, но если Александру Ханту Россия кажется именно такой, то может и ему тоже лучше будет в Турции.

Картина Александра Ханта “Межсезонье” начинается документальными кадрами, снятыми подростками, где они по несколько секунд многозначительно молчат. В последнем кадре уже другие подростки, которые уверенно вышли на камеру и смотрят зрителю прямо в глаза. Эта сцена напомнила финал “Антихриста”. О чём молчат эти молодые люди и девушки, как раз и рассказывает нам режиссёр. Нет никаких лишних слов, фильм соткан из образов, слова появляются, чтобы образы превратить уже в «плакаты». Первая часть фильма состоит преимущественно из крупных планов и деталей, что быстро погружает зрителя в ткань события. Дальше напряжение только нарастает, за лирическими сценами на контрапункте следуют серьёзные. Каждый следующий кадр чётко распаковывает смысл повествования. Невозможно оставить без внимания заборы. Можно даже сказать, что это авторский метод. Взрослые не хотят слышать младшее поколение, возводя почти непреодолимые препятствия для взаимодействия. В итоге молодёжь выстраивает и оберегает с огнестрельным оружием в руках свою территорию, обнесённую пусть деревянным, некрепким, но забором. Внезапно из-за одного такого забора выскакивает повзрослевший Витька Чеснок, а из глубины доносится голос Лёха Штыря. Но эти герои уже прошли свой путь эволюции и находятся по одну сторону забора. Прошлый фильм Александра Ханта был не менее ярким высказыванием, в 2017-м его порекомендовал посмотреть преподаватель по сценарному мастерству, как выдающийся пример полнометражного дебюта. Не обошлось прямого упоминания России, как места, где творятся подобные 'чудеса'. Всё показано без упрёка или прикрас, как есть. И сетка на теннисном столе, которая обычно прозрачная, а тут деревянный триколор, намертво приколоченный к столу. И буквы на магазине из красного кирпича, где во дворе трепыхается розовая кукла для привлечения внимания покупателей. И огромная надпись на горе близ города Карабаш, за которой на многие километры простирается пейзаж с вымершим лесом. Но самые главные образы - во взглядах людей на улицах деревни, и 'свобода слова, которая вроде бы есть, но её как бы и нет' в интервью с прохожими на улице. Итак, самое главное - герои. Современные Ромео и Джульетта, характеры которых претерпевают значительные перемены. Будучи в обиде за его бездействие, она может и с ноги дать, но в итоге превращается в нежную и женственную лесную нимфу. А Ромео набирается смелости выразить матери свой протест, а потом и вовсе переходит к решительным действиям, выворачивая руль авто, которое отвезло бы его не иначе, как за решётку, перехватывает управление в свои руки. Под монотонные и решительные ритмы Shortparis эти двое отправляются в роад-трип, глубже познавая прелесть самостоятельной жизни. Тут в принципе российский фольклор очень умело подобран. Музыка в основном внутрикадровая, но есть сцены, которые были бы не столь впечатляющими без саундтреков. Например, моя любимая сцена на футбольном поле. Высокая яркость и цветовая густота картинки уже стали фирменным почерком режиссёра. Это крайне необходимые средства, чтобы после просмотра в сознании оставить сильные образы. Показалось, что есть отсылка и к “Реквиему о мечте”, где идёт смена сезонов и происходят перемены в жизни персонажей. Но в данном случае этот переломный момент в природе - синоним поры в жизни героев. Уже не дети, но ещё не до конца взрослые. Зато всё время искренние. Их клятвы друг другу - одна из самых честных сцен во всём кинематографе. Все перечисленные моменты создают целостность картины и плавность погружения на глубину проблемы. Удаётся прочувствовать, прожить её сполна. Лично мне кино отозвалось прежде всего потому, что оно честное и очень актуальное. И будет оставаться таким до тех пор, пока не смягчатся человеческие души и не прояснится хоть немного тот самый вопрос отцов и детей. Если, конечно, больше доверять друг другу, поддерживать отношения постоянным диалогом и в конце концов просто оставить другого человека в покое, если он этого просит. Это его жизнь и его личный опыт, который он имеет полное право получить независимо от возраста. Фильм будет интересен зрителям тоже независимо от возраста и поколения, и уж совсем нельзя его пропустить тем, кто глубоко интересуется кино.

Надо признаться, начало картины было многообещающим. Узнаваемые образы подростков, которые, естественно, выступают против системы, бунтуют, сопротивляются в меру своих возможностей, хотят всё поскорей попробовать, в общем, ведут себя вполне соразмерно возрасту и развитию мозга. Классические мамаши: одна молодая, ищущая счастья в жизни с новым мужчиной, другая – постарше, оставшаяся одна, живущая ради сына. Натуральные персонажи, пусть и не глубоко раскрытые, но достаточно узнаваемые. Интерьеры и костюмы поданы не менее классически (в одной из сцен в прямом смысле под классическую музыку), смотрятся органично для весьма внушительной части населения страны, за что поблагодарим художников фильма и художников по костюмам. Понравились отдельные сцены, например, как влюблённые задушевно беседовали друг с другом в уединённом домике в глуши, среди масок и чего-то первобытного. Приятно смотрелись сцены их детской любви и её выражения, хоть и не все, но что-то в них да было. А вот правдоподобность ситуаций, которые они зачастую организовывали сами или в которые попадали, вызывает недоумение, ряд вопросов и верится с огромным трудом. Ну, например, верите ли вы, что подросток, который собирает железную сдачу от продуктовых покупок мамы, сможет вот так легко и просто выкинуть смартфон (в котором сосредоточена вся его жизнь) в мусорный бак? Или разукрасит магазин дорогих шуб красными красками из баллончика и останется безнаказанным? Или начнёт шмалять из найденного пистолета (причем постоянно с разных рук и почему-то из ТТ, а не ПМ) и автомата налево и направо, как заправский боевик. А как вам перевернутая машина, пусть и заграничного производства, упавшая с высоты, и невредимая героиня в ней сидевшая? Кстати, подушки так и не спешили раскрываться ещё и во время первой аварии…В общем, вопросов много, ответов на них я для себя не нашёл. Ну и финальная сцена не совсем ясна. Понятное дело, что история взята из реальной жизни, но в картине к ней не было такой подводки, чтобы зрители могли сами себе сказать: да, они не могли поступить иначе, можем им только посочувствовать. В общем, кино могло получиться, но до конца его, к сожалению, недокрутили. Некие преображения, происходившие с героями, смотрятся неуверенно, для них нет никакой основы. Авторский почерк заметен, людям он, скорее всего, симпатичен. Не могу сказать, что сильно разочарован, и два часа жизни потрачены впустую, да и в силу того, что прокат наш сейчас яркими премьерами не блещет, посмотреть и «Межсезонье» можно, а вот пересматривать, пожалуй, не стоит.

Чем известен дебютный фильм Александра Ханта 'Как Витька Чеснок вёз Лёху Штыря в дом инвалидов'? Разумеется, названием. Довольно пошлый ход: заманить 'среднего' зрителя на киносеанс одним лишь названием. На поверку кино оказалось довольно проходной одой, простите, быдлу с юмором из 'Аншлага'. Однако, схема сработала: 'средний' зритель, в жизни не смотревший авторское кино, увидел название, посетил кинотеатр, обеспечил почти сто двадцать тысяч оценок фильму и неслыханный рейтинг. С 'Межсезоньем' интересней. Здесь ситуация скорее напоминает ситуацию с выходом нового творения 'российского Тарантино' Кирилла Соколова 'Оторви и выбрось', невыносимого, на мой вкус, творения, несмотря на всё старание прессы забытого через неделю-две проката. Тут у нас на момент выхода картины написано, подумать только, восемнадцать рецензий русскоязычных критиков да ещё в основном положительные! Если говорить об авторском кино, не каждый каннский призёр может похвастаться таким (даже не рейтингом) количеством обратной связи. В то же время: сеанс 'Межсезонья' - днём с огнём; на четвёртый день проката - 1300 оценок и высоченный рейтинг. 'Хочется верить, но верится с трудом'. Что-то затянулось вступление, пора поговорить про фильм. Герои 'Межсезонья' - дети. Всё так. Однако же в первой четверти хронометража становится понятно, что режиссёр (создатели?) детей не понимает. Дети в 'Межсезонье' живут, как предлагают создатели, лишь по принципу 'взрослые - тупые', и их любая деятельность - протест ради протеста. Ни попытки разобраться, что говорят дети, почему так, как к этому пришли, ни какого-то 'серого' образа - только чёрное и белое. Если смотреть не на разговоры, а на действия подростков, авторское видение такое же радикальное: перебесятся. Вот ребятишки назло взрослым поломают чужое имущество, вот поорут матом на весь микрорайон, так сразу почувствуют себя счастливыми. Мне почему-то кажется, корни молодёжного протеста гораздо глубже. И разнообразней. И так сильно упрощать людей даже такого малого возраста - это путь в никуда. Скорее говорит о примитивности мышления самого автора. 'Тело' картины, если абстрагироваться от вторых и третьих слоёв, вызывает преимущественно вопросы и чувство неловкости. В основе - снова непонимание и незнание подростков и их жизни. Например. Тусовки на 50+ человек в частном доме с музыкой на весь район, где все употребляют алкоголь, возможно, что-то ещё, беспорядочно занимаются сексом. Но с детьми 14-17 лет. Вы когда в реальной жизни последний раз такое встречали, если не считать рассказы бабушек у подъезда? Вот-вот. Диалоги - дети неспособны выразить свои мысли вслух вообще. Да, распространённая беда. Но ведь не каждый подросток такой! Подросток, плачущий из-за запрета ходить в школу - нонсенс. Образы Данилы и его мамы - ещё одно доказательство непонимания. Да, гиперопека матери. Но. Мама Данилы не лезет в его смартфон, не контролирует каждый его шаг, не заставляет ходит в музыкальную школу, старается сделать жизнь максимально беззаботной, не устраивает ему сцены 'обучения' чему-либо и так далее. К чему я это. От таких родителей дети не убегают! Я вообще не понимаю, что хотел сказать режиссёр... Я могу, конечно, продолжить перечислять прочие моменты, вызывающие неловкость, не относящиеся к основной идее 'Межсезонья'. Например, неуклюжий юмор, по большей части - исключительно сортирный (в одной сцене два полицейских на полном серьёзе обсуждают, кто сколько раз сходил по большому). Только сцена в ресторане показалась мне смешной. 'Дети', которым явно за тридцатник. Мама Саши и мама Данилы, которые в начале фильма - персонажи как персонажи, но со временем превращаются в каких-то постоянно визжащих и бьющихся в истерике существ, которых хочется просто 'взять и погладить'. При пропаже детей в городе, где есть рынок, полиция не прочёсывает рынок. Список нелепостей можно продолжать до бесконечности, пожалуй, хватит. Техническая часть. О, внимание тут же привлечёт саундтрек. Лично у меня от такой 'музыки' могла пойти кровь из ушей, но да ладно. Имею вопрос - а в чём смысл именно такого саундтрека? Что это означает? Операторская работа. Пытаемся косить под американское независимое, но получается без изысков. Ларьки какие-то, шаурма. В чём идея?.. Но есть и плюсы. Операторская работа понравилась в сценах автомобильной аварии и в финальных сценах. Здесь закос удался. А ещё отсылки! О да, все должны узнать, какие фильмы любит режиссёр! У нас тут и Ларс фон Триер, и 'Мечтатели' ('Святое не трожь!'), и вообще, современные Бонни и Клайд. Но для чего? Этот вопрос проносится через картину. Стойкое ощущение, что автор хочет что-то сказать, но не говорит. Актёры? Не знаю, что и рассказать, больно ненатуралистичны сами образы. Рассказать, что Женя Виноградова и за километр не похожа на школьницу? Что Жанна Пугачёва заговаривается, но создатели не изволят сделать ещё один дубль? Ну не знаю. Владимир Спартак запомнился. Плюс ли это? Не знаю как так получилось, но то, на каких реальных событиях снят 'Межсезонье', я понял лишь ближе в концу. И это лишь усилило моё недоумение. Так в итоге, автор хотел сказать что-то или нет? 3,5 из 10

«Межсезонье» - второй полнометражный фильм режиссёра Александра Ханта. Его дебютной работой был «Как Витька Чеснок вёз Лёху Штыря в дом инвалидов», который привлёк немалый интерес у многих людей. Но я хочу высказаться о новом фильме Ханта! «Межсезонье» - это картина о жизни двух подростков: Саши Макаровой и Данилы Краснова, которые недовольны своей жизнью, им хочется чего-то нового. Они не хотят говорить, а хотят именно делать! Саша мечтает 'устроить революцию', к ней практически сразу же присоединяется из-за любви Данила. И вот когда они стали вместе начинается все самое интересное... Я не хочу как-то спойлерить фильм, поэтому выскажу только пару основных моих мыслей и расскажу о нескольких моментах, которые меня зацепили. С первых минут картина начинается очень необычно. Перед нами выступают несколько подростков на камеру, они говорят о своих отношениях с родителями, своих проблемах и чуть-чуть о своей жизни. Этот приём навёл на меня некоторые мысли (затронул что-то во мне). Далее начинаются события самого фильма. Мы сразу же понимаем, почему Даня и Саша недовольны своей жизнью. Их не слышат взрослые, им абсолютно все равно на их интересы, они пытаются навязать какой-то свой 'правильный' образ жизни, что естественно не устраивает главных героев. Стоит отметить, что на самом деле так в нашей жизни и происходит. Я сам как подросток, прекрасно могу понять их настрой и настроение. В наше время (мы) дети не знаем куда нам поступать после школы (потому что мы ещё слишком молоды и сами до конца не понимаем чего хотим в жизни), мы сильно нервничаем при конфликтах с родителями, ссоримся, а некоторые даже не справляются и из-за этого могут впасть в депрессивное состояние, подростки отчасти осознанно занимаются саморазрушением. Далее мне понравились сцены, когда Саша и Даня снимали на любительскую камеру интервью у разных прохожих людей (отмечу, что это была импровизация, которой не было в сценарии фильма), там они интересовались, довольны ли люди своей жизнью и хотят ли они её изменить? Чётких ответов не последовало, но можно сделать вывод по разговору, что конечно люди огорчены тем, как они живут, им хочется наверное чего-нибудь нового, но они бояться и ничего не могут с этим поделать. Это грустно осознавать. Хочу отметить, что в «Межсезонье» просто офигительно подобрана музыка. На протяжении всех событий которые развиваются в фильме мы можем услышать такие группы как: «Дайте танк (!)», «Shortparis», «Пошлую Молли», а также прекрасных исполнителей: Шарлота, Ваню (Face), Антоху МС. Вроде вспомнил всех, если нет, то простите пожалуйста:) Мне также безумно понравилась одна сцена (точнее, наверное, отсылка к прошлому фильму Ханта), когда главные герои ищут загородный дом, Саша стучит палкой по забору и мы можем услышать знакомый нам голос Витьки Чеснока, который был недоволен этим действием. Затем ему кто-то со двора кричит 'пацан!', и очевидно, если вы смотрели фильм «Как Витька Чеснок вёз Лёху Штыря в дом инвалидов», то можно догадаться, что это тот самый Лёха Штырь. Это было так неожиданно круто увидеть и услышать их снова. Также не могу не отметить самые последние минуты фильма, когда камера стоит пару минут неподвижно, и мы видим вдалеке какие-то силуэты. Они постепенно приближаются к камере и мы можем увидеть, что это все дети-подростки, которые без слов смотрят прямо в камеру и по взгляду можно понять (как я это воспринял), что они хотят чтобы взрослые просто нас поняли! Нам не хватает всего лишь обычного диалога, который так нам всем необходим. Это безумно сильный момент, который мне очень сильно зашёл. Александру Ханту удалось вновь сделать очень качественную, интересную, а самое главное актуальную работу. В ней полностью раскрыта проблема поколении. Главные герои (актёры Игорь Иванов и Женя Виноградова) можно сказать не играли, а словно просто были собой, хоть они не профессионалы, но это вообще я считаю не важно, а наоборот, это даже лучше подействовало в фильме. Несмотря на проблемы с бюджетом «Межсезонье» снято безумно круто, красиво и современно, также отмечу всю съёмочную группу, и опять подчеркну про музыкальную тему фильма - она просто отличная. Для меня самого как подростка в этом фильме было много знакомых жизненных ситуаций, иногда мне удалось узнать такие же проблемы как у героев фильма. После просмотра я задумался насчёт всего этого происходящего, картина дала мне очень много пищи для размышления, что безумно важно для такой работы. Благодаря всему этому «Межсезонье» получился лично для меня одной из самых лучших и важных картин российского кинематографа! Мне кажется, что в дальнейшем эта картина может обрести статус культовой в нашей стране. Всем рекомендую обязательно с ней ознакомиться в кинотеатрах вашего города. Александр Хант смог сделать очень смелую, сильную, важную работу. «Межсезонье» - это необычный и крутой фильм, а особенно для нашего кинематографа. 8 из 10

О фильме, который произвел впечатление (неважно — хорошее или плохое) нужно писать, когда он немного начнет стираться из памяти, когда эмоции от просмотра затихнут. Поэтому всегда мои оценки выше, чем мнение, которое я выражаю в рецензиях — оценку-то я ставлю сразу после просмотра. О фильме «Межсезонье» я решил написать сразу. В чем причина такого решения? Дело в том, что я попал на показ фильма и его обсуждение с режиссером. У меня сложилось ощущение, что зрители, которые пришли на «Межсезонье» и высказавшиеся после просмотра попросту не поняли фильм. От слова совсем, никак. И это не может не расстраивать. Одна женщина сказала, что ей не понравился фильм, потому что он показывает не как зарождается любовь, а как реализуется похоть, другой человек высказал мнение, что фильм получился как легкая и простая комедия, а напряжение появляется не сразу, третий зритель и вовсе заявил, что такие фильмы нам не нужны. Возьму в кавычки, но на полную дословность не претендую: «Нужно снимать фильмы, в которых режиссер показывает идеальный мир будущего, такой, в котором бы хотел видеть своих детей». Эти тезисы (по моему мнению, совершенно абсурдные и нелепые) и лягут в основу моей рецензии. 1. Мир 2000-х — 2020-х — это якобы мир метамодерна — с присущим ему вечным усложнением структуры, постоянным изменением формы, с метаморфозами сознания. Но на деле же этот этап развития человеческой цивилизации мало чем отличается от всех предыдущих. В основе общества как всегда лежат инстинкты, которыми щедро обременила нас природа — человек всегда зависим от сна, еды, пресловутого секса… Как ни крутись, а от естественных потребностей мы никуда не сбежим. Саша и Даня знакомятся на вписке, между ними сразу пробегает искра — да, искра похоти и желания. Но разве это преступление? Неужели это должно наказываться и пресекаться? Что еще остается двум подросткам, загнанным в рамки с двух сторон: с одной стороны -в виде непонимающих родителей, с другой стороны — в виде школы, от которой никуда не денешься и которую необходимо посещать каждый день, чтобы «выбиться в люди». Если ты молод, то тебя не могут не угнетать эти жесткие, сдавливающие условия, которые, как ты считаешь, не дают тебе стать личностью, превращая в планктон. И ты так же, как и сотни, тысячи других подростков пытаешься сбежать от всего ужаса вокруг тебя, выбирая дорожку, протоптанную десятками тысяч поколений — либо становишься одержим сексом, либо злоупотребляешь алкоголем (и не только), либо… Ну, вы сами знаете, сколько у нас примитивных форм бунта. Но этот примитивизм рождается из-за безысходности, из-за непонимания нами всеми — что нужно поменять, чтобы стать по-настоящему счастливым, ощутить себя свободным, освободившимся от рамок? Покричать в кафе? Попрыгать на машинах? Вот уж «геройство», кажется нам. И правда, в этом нет ничего героического. В этом наша трагедия — мы не знаем, куда девать всю энергию, весь тот ядерный заряд, который таится в каждом из нас. Но в итоге он выливается в «ничто», и это печальная, постыдная печать нашего общества — слабость, наша невозможность «Летать, как птица», наша примитивность и внутренняя пустота. Если у режиссера есть понимание того, в какое время он живет, он что, должен обманывать зрителей и сам себя, закрывать глаза на реальное положение вещей? Нет, режиссер «Межсезонья» честен, за что ему спасибо. 2. Вообще слабый тезис. Атмосфера фильма сразу показывает нам — Саша и Даня загнаны в жесткие рамки и это усиливает трагизм ситуацию. Мы будто бы ощущаем, как их заедает серая и далеко не безоблачная рутина. Для этого используется, к примеру, нужная цветовая гамма. За это нужно сказать спасибо Никите Евглевскому. Кстати, до этого он был художником в не особо примечательных проектах — самые заметные из них фильм «Бык» и сериал «Колл-центр». Для двух других художников — Леры Рыскиной и Татьяны Рейман — этот фильм стал самым удачным, до этого в серьезном кинематографе они не работали. Неудивительно, что Хант выбрал именно таких, скорее, незаметных творцов — ведь именно те, кто еще не до конца раскрыл свой потенциал, смогут его полностью реализовать в авторском кино. Даже сам Хант — что он снял до «Межсезонья»? Можно вспомнить только один полнометражный фильм — «Как Витька Чеснок вёз Лёху Штыря в дом инвалидов», который я до сих пор не могу посмотреть, уж слишком сильно смущает меня название. Учитывая, что это, по сути, второй его фильм, Ханту, очевидно, захотелось сделать нечто грандиозное, этим и объясняется динамизм фильма. Но этот динамизм не мешает фильму быть глубоко трагичным, это не тупые русские комедии. У фильма замечательный сценарий, построенный таким образом, что нам не дают отдышаться и отдохнуть — из одной неприятности герои сразу попадают в другую, и этот снежный ком разрастается до таких масштабов, что остановить его или попытаться уменьшить уже невозможно. С самого начала нас погружают в семьи с уже огромными проблемами, в основе которых лежит взаимное непонимание, перерастающее в периодические вспышки обоюдной ненависти. И это, конечно, страшное явление. Из-за этого фильм некомфортно смотреть с самого начала и человек, который серьезно говорит, что фильм «Легкий» либо не обладает вообще никаким киноопытом, либо вкладывает в слово «Легкий» значение, понятное только ему. Как может считаться «легким» фильм, в котором показывается подростковый бунт, где все, что бы ни делали герои, обречено утонуть в бесконечной череде событий? Та серьезность, та горячечность, с которой рассуждал о фильме зритель, которому в тот вечер стоило, пожалуй, остаться дома, не может не расстраивать. 3. И правда, зачем нам серьезное кино, которое показывает проблемы «межсезонья», в котором мы живем? Давайте лучше на деньги минкульта снимем фильм «Приключения Саши и Дани», где детишки (с родителями, конечно же!) катаются по стране, встречают счастливых, сытых и довольных сознательных патриотов, которые рассказывают им (и их родителям!), как хорошо им жить и как они рады, что родились в стране, «где так вольно дышит человек»! Какая бы художественная ценность была у этого цирка? Лично я считаю, что фильм получился качественным, серьезным, местами болезненным. Он о том, в какое «межсезонье» попала страна, мир, если хотите на сложнейшем этапе своего развития. Его нельзя было назвать «Безвременьем» — нет, слишком прямо. Межсезонье — то, что нужно, невзыскательный зритель посчитает, что фильм назван так, потому что действие происходит во время осени, переходящей в зиму. 9 из 10

Начну с того, что после просмотра фильма возникают неоднозначное ощущение. С одной стороны очень интересная операторская работа, музыкальное сопровождение превосходно ложится на визуальный ряд, актеры играют отлично, со стебом обыгрывается быт — это вообще что-то новое (такого в российском кино не хватает, обычно повседневный быт у нас на экранах обязательно должен скатываться в какой-то гротеск и чернуху, которую не к месту называют “русской хтонью”. В этом плане мне ближе подход Ханта. Какой смысл чернить то, что уже черно, не лучше ли в качестве психотерапии видеть в убогом и злом абсурдность и тупость, которая беспомощно костенеет и со временем уйдет в небытие). С другой стороны посыл зрителям, который совершенно не вяжется с повествованием, портит все впечатления от картины. Начнем с того, что к героям весь фильм, ты, как зритель относишься неоднозначно. Неоднозначно по той простой причине, что режиссер сопровождал видеоряд романтизирующей происходящее музыкой, если бы не она, то все было бы намного объективней, зритель быстро бы погрузился в реальность повествования без розовых очков и увидел бы двух социопатичных подростков, а не “бунтарей”. Единственные по-настоящему деструктивные элементы в фильме, это Саша и Даня, а не их родители. Родители как раз обычные. Непонимание поколений, конфликты, но есть ли применение жесткого психологического или физического насилия? Нет! Так в чем проблема, что произошло, что подтолкнуло героев на такой “протест”? Ответ вы не найдете. С первых минут есть ощущение, что режиссер пытается быть объективным, у подростков своя правда, у родителей своя, но все плавно начинает скатываться в романтизацию абсурдных вандальских действий подростков. К концу фильма Хант уже сидит на двух стульях. Не легче взять субъективное повествование от лица Саши и Дани, где есть место романтичным преступлениям, а родители “непонимающие конформисты, которые причинили столько травм, душевных и физических”. Либо объективно от начала и до конца (без последнего кадра) изложить всю историю с каждой стороны и пусть зритель сам сделает вывод. PS. В тех же “Бонни и Клайд”, “Пустоши”, “Забриски Пойнт” не было столько романтизации бунта и нравоучения зрителю, сколько в “Межсезонье”. Не должно режиссеру разжевывать идею фильма, но получилось именно так, так как, Хант и сам не понял, что хотел сказать, видимо объяснял себе.

Трагическое происшествие, положенное в основу нового фильма Александра Ханта «Межсезонье», имеет огромный — в содержательном и эстетическом плане — потенциал, на сегодняшний день обретая вдобавок колоссальную, почти с пророческим подтекстом остроту. Привлекшее большое внимание общественности самоубийство двух псковских подростков в ноябре 2016 года можно объяснять как следствие эмоционального перенапряжения на фоне переходного возраста, как результат плохого воспитания и неотступного домашнего насилия, как указание на вредное воздействие интернета на человеческую психику, как доказательство халатности учителей и сотрудников исполнительной и судебной власти, а можно трактовать и как показательный акт бунта молодого поколения, чуть ли не беспричинно возникший и стихийно развивающийся в некоем ином параллельном, почти сказочном мире, который лишь случайно проносится мимо покосившихся российских панельных «избушек» и кислых лиц гражданских. В формате жанра роуд-муви зритель с ветерком на угнанной героями машине прокатывается по провинции современной России, по одну сторону от глухих высоких заборов которой еле-еле виднеются признаки вообще какой-либо жизни, а по другую — расстилается широкая холмистая степь, утыкающаяся либо в густой лес, либо в холодные воды. С горькой усмешкой узнаются и обрубленные на добрую половину деревья, и нелепые, но подавляющие собой высотки, и полузаброшенные бензоколонки, и залежалые, не донесенные до помоек кучи мусора. С пристальным вниманием вглядывается камера в лица случайных прохожих, которые сами провожают подозрительным взглядом несущихся во весь опор молодых людей, радующихся почему-то этой жизни. Желание создателей фильма приблизиться и рассмотреть в деталях реалии современной России приводит к включению в повествование элементов документальной поэтики. Так, «Межсезонье» начинается с коротких интервью реальных подростков, которые рассказывают о своих проблемах в жизни, а в середине картины вопросы об успехах и неудачах, которые преподносит судьба, будут задавать уже главные герои своим взрослым современникам. Исследование окружающей действительности через разговор со случайными прохожими, и собирание по кусочкам из их коротких историй полотна времени осуществлялось в кино еще с 60-х гг прошлого века («Прекрасный май» Маркера, «Любить...» Калика). Однако здесь - в фильме Ханта это желание исследовать, разоблачать и собирать будто само оказалось случайным. Нарезка из колоритных и без сомнения жизнеподобных образов современности цепляет глаз, колет с укоризной фатальным неблагополучием и неустроенностью людских судеб и, в конце концов, бравирует смелыми намеками на общее тотальное несчастье общества и необходимость кардинальных преобразований. Но разве не так же проскальзывает взглядом любой проезжающий по шоссе от поселения к поселению по хмурым желто-серым лицам жителей, качает головой на разваливающийся на глазах дом, морщится при виде раздавленного под колесами животного и сетует на царящее вокруг запустение. Вот и герои фильма, как бы приняв к сведению обездоленность окружающего их мира, едут все дальше и дальше, желая создать своей собственный маленький рай, отделив его от того пасмурного общества если не высоким частоколом, то лесной чащей. Среда обыденного неблагополучия преподносится лишь зыбким, ускользающим — в частности, из-за быстрого темпа и хаотичности повествования — фоном. Не на нем создатели фильма (сознательно или нет) заостряют свое и зрительское внимание, а на самом факте этого эффектного, доведенного до логического конца молодежного бунта. Под музыку современных российских исполнителей (Shortparis, «Дайте танк!», Антоху МС, «Пошлую Молли» и других) двое влюбленных решают наплевать на все писанные и неписаные правила и запреты, желая лишь одного — вдохнуть поглубже и посмаковать глоток долгожданной свободы. В клиповой манере проносятся перед зрителем залихватские приключения юных бунтарей, которые раз за разом становятся все отчаяннее и наглее. Пронзительная энергия исходит от персонажей, которые противопоставили себя всему окружающему миру, но их эффектный мятежный порыв и сами они оказываются будто лишенными внутреннего смыслового содержания. Какова история судьбы этой миловидной, ненавидящей всех, но не разучившейся улыбаться и балагурить Саши и с виду робкого и правильного, но подавляющего в себе жестокость и импульсивность Дани? Почему они были несчастны в семьях, где их по-разному, но опекали? Какое будущее эти представители молодого поколения предрекали для себя и боялись? На эти вопросы зритель не получит ни одной зацепки, а ведь в основу положены реальные, произошедшие совсем недавно события. Стоит отдать должное команде операторов и художников-постановщиков, чья работа заполнила прорехи и невнятности сценария фильма и позволила вывести повествование в абсурдный, почти сюрреалистический пласт. Пространство, в котором оказываются герои, преподносится как очень знакомая, но во всех смыслах чуднАя декорация к жизни. Один из первых эпизодов путешествия подростков, остановившихся перекусить в местном кафе, напоминает яркими цветовыми пятнами, симметричным построением кадра и нарочитой аляповатостью и искусственностью фильмы Уэса Андерсона, а многочисленные панорамы вдоль заборов и стен и намеренная отстранённость от окружающего мира — картины Джима Джармуша. Претензия на документальность и явная живописность формы рождает абсурдность, и вся история почти лишается драматизма, обретая к финалу все больше трагифарсовых черт. Ярким воплощением этого смешения кошмарного сновидения с толикой черного юмора становится образ дряхлого, но энергичного и эпатажного деда по кличке Дырявый, который приводит героев к их последнему пристанищу. Обретенная юными влюбленными в ветхом заброшенном доме идиллия преподносится как магический ритуал, выводящий персонажей во вневременное пространство где-то на границе миров и подготавливающий их к ключевому событию жизни — жертвоприношению. Но вновь остается открытым вопрос: во имя чего? Мотивацию поступков героев, постепенно приводящих их к трагическому финалу, невольно приходится искать самим зрителям уже в контексте жизни вне экрана. Возможно, неустроенность, которую чувствуют герои фильма будто своим нутром, ни разу не проговаривая четко ее факторы и обстоятельства, вызывает в них эту короткую, зачастую пугающую их самих, но яркую вспышку протеста против жизни в обществе, которое живет по инерции, принимая как данность сложившийся порядок вещей, каким бы несчастливым и парадоксальным он ни был. И хоть финальный кадр выхода из леса толпы молодых людей, устремивших свой хмурый, испытующий взор прямо на зрителя, выглядит немного комично, реалии времени сами преподносят необходимые для острого драматического разрешения коллизии параллели, возвращая истории серьезный патетический тон.

Сильно досталось картине Ханта в отзывах и комментариях. И либо я что-то не понимаю, либо нравы другие, либо скрепы заскрипели, либо я всё же что-то не понимаю. Да, немного сюр, да мерзко, а что, господа, что-то неудобное увидели?! Словили кринж от увиденного. Простите, больше не буду ёрничать, перехожу к сути. Безусловно работы Ханта знаковые. Много писали про его картину с домом инвалидов, хотя мне эта показалась более колоритной. Спасибо, за атмосферу, спасибо за перебивки с нашими, к сожалению, аутентичными зарисовками. Какое внимание режиссёр уделяет деталям, просто филигранная работа настоящего педанта. Просто квинтэссенция символизма. Порой создаётся впечатление, что сюжетная линия дополняет эти кадры, а не наоборот. И в этом нет ничего плохого. Хант в каждом кадре смеётся, издевается, смакует. Но это эмоции не садиста, а обречённого человека, лишённого будущего, не видящего смысла жить, равно как и центральные герои. Отличие разве только в том, что они подростки и уже в этом возрасте осознают тщетность своего существования. А как искусно режиссер строит повествование, когда подборку кадров с русской провинцией, загнивающей деревней и демонстрацией колоритных персонажей, он издевательски разбавляет рингтоном ДДТ о Родине уродине на смартфоне мента. До мурашек. Круто, но горько и в самое сердечко. При просмотре, мне в какой-то момент показалось, что фильм больше рассказывает не о переходном возрасте, не зря мама Дани подвергла сомнению его существование, а о молодеющем кризисе среднего возраста. То, что творят главные персонажи Саша и Даня в этом фильме мы могли видеть сотни раз в полнометражных работах и сериалах других режиссёров: кто-то пускается во все тяжкие, открывая метамфетаминовую лабораторию, кто-то забивает жену молотком. Однако, тут по факту речь о детях, которые уже в своём возрасте не видят смысла к дальнейшему существованию. Вспомните импровизированное интервью, а диалоги со “старшими”. Эта калька нашего общества, и да, они дети это видят, а большинство живут по наитию и не замечают, что происходит что-то не то. Ни в коем случае не ставлю задачей оправдать то, что делают Даня и Саша. Фильм нужно воспринимать как призыв, манифест, да хоть крик о помощи подрастающего поколения, но и самое главное, он обращён как раз к взрослым. Диалог с той бабулей, которая сказала, что она неконфликтная, просто не идёт из головы. Отсидеться, переболеть, зачем ругаться, что-то отстаивать. В итоге на этой идеологии было взращено не одно больное поколение. Да хотя бы поколение родителей Дани и Саши, которые своим поведением плодят детские психологические травмы и фактически уничтожают своих детей. Саша и Даня в течение фильма проронили не более 50 слов, однако своим поведением сказали гораздо больше. Хотя в какой-то степени основными рассказчиками стали как раз взрослые, которые были спровоцированы на типичные запрограммированные действия парой обычных подростков. Позвольте, подытожу. Про что фильмы? К сожалению про Россию. Про русскую хтонь. Про безысходность, про систематическую ошибку выжившего. Мы же дожили, вот и вы проживёте. Господа, не подменяйте понятия. Жить и выживать — не одно и тоже, и главные герои это понимают. Точнее они осознают свою беспомощность, что приводит их далеко не к самому рациональному решению проблемы. Про кого? Логично сказать, что про русских, ещё раз простите, релевантнее написать про «рассеянство». Да да, именно так. Беззубая бесконфликтная бабушка. Нищий инженер, который вместо отдыха будет искать подработку в интернете и ремонтировать стиралку. Молодой паренёк с грёзами о творчестве, которым суждено остаться только фантазиями. При просмотре этого фильма, где-то на заднем плане, ненавязчиво, иногда, у меня возникал образ Балабанова. Можно сказать невзначай. Он неким серым кардиналом курирует фильмы, изобличающие всю российскую чернуху. И самое печальное, что Балабанов это снимал про 90-е, а на пороге уже далеко даже не нулевые, а тематика так или иначе откликается. Очень сильно зацепил последний кадр с толпой детей, подростков в лесу. Фрагмент был без звука, будто те выстрелы прошли через нашу черепушку и оставили длительную контузию. Вопрошающие глаза детей и пустота. Что им сказать? Нужно потерпеть. Дальше будет лучше. А вы сами в это верите?!

Именно эта фраза вертелась у меня в голове на протяжении всего фильма. К сожалению или к счастью, имела честь познакомиться с режиссером этого фильма в недалеком 2018 году. С того момента следила за группой вконтакте, где освещался процесс создания сего творения. Мягко сказать, разочарована результатом. С одной стороны, неплохая операторская работа, подходящая под настроение фильма цветокоррекция, интересные кадры. Но к сожалению, на красивой картинке далеко не уедешь. Можно поместить бездарную картину в красивый багет, но ситуацию это не спасет. Так же и с фильмом. Музыка тоже оставляет желать лучшего. Может я ханжа и просто не люблю современных творцов? Да нет вроде. Творцов я люблю. А вот бездарностей не очень. Песни группы Дайте танк - пойдет. Остальное так себе. Актеры вроде лучше чем в ментовских сериалах на НТВ, но это не тот уровень, на каком хотелось бы видеть российское кино. В самом начале фильма показаны монологи подростков. Минутный рассказ девушки про пьющего отца несет в себе больше эмоций, чем весь фильм. А вот видео с посылом: 'ни хачу учица!' вызвало у меня лишь смех. Не хочешь - не надо. Только не удивляйся, что потом закончишь жизнь в коммуналке, повесив долги на родню. Теперь, наконец, к фильму. У меня есть вопрос к практически каждой реплике сего творения, но постараюсь сдержаться, чтобы не написать рецензию размером с ветхий завет. Два школьничка сидят и смотрят друг на друга, потом решают заняться сексом. Когда их застают за этим делом родители девочки, она просто начинает вести себя неадекватно. И это продолжается на протяжении всего фильма. У Саши мама адекватная, отчим тоже. Мужик работает на благо семьи, девочку в свободе особо не ограничивают, а надо бы. Когда поводок слишком длинный, можно удавиться. У паренька мама хоть и гиперопекающая, но явно не та, от кого нужно бежать сломя голову. Первая половина фильма просто показывает баловство в лучших традициях американских фильмов про подростков. Это свобода? Это протест? У автора явно беда с фантазией. Совершать поступки, не думая о последствиях, портить жизнь окружающим людям - инфантильность на высшем уровне. Ведь от родителей они убежали, их теперь никто не наругает, а для маленького ребенка это и есть главное ограничение. Со второй половины у ребят начинает ехать крыша. И нет, не от свободы. Именно от безнаказанности и отсутствия каких-либо моральных устоев. Будь у фильма реальный, не притянутый за уши конфликт, вторая половина выглядела куда бы реальнее и действия детишек можно было бы хоть как-то объяснить. Но что в итоге - конфликт ради конфликта, протест ради протеста. Хотите, чтобы от вас отстали? Взрослейте мозгами и становитесь независимыми. Найдите работу или поступите куда-нибудь, чтобы слезть с шеи заботливых родителей. До 18 лет не так уж и долго потерпеть, чтобы с юридической точки зрения перестать от них как-либо зависеть. И все. Не нравится жить как все? Вас никто и не заставляет. Коли хватит мозгов найти заработок 'не как у всех' - будете жить припеваючи. Коли не хватит - живите в нищете, только не вредите другим, пожалуйста. И тогда к вам никто приставать не будет. В общем и целом, фильм никакой. Даже хуже, чем никакой. От никакого фильма нет никаких эмоций. А вот от этого у меня только отрицательные.

Новый фильм Александра Ханта, режиссера уже культового «Витьки Чеснока…» по степени радикальности затмевает многое из современного российского кино. История новых Бонни и Клайда в романтическом антураже «Вам и не снилось…», несущая за собой шлейф кинематографической интертекстуальности, - не простая и кондовая социальная драма, но почти гротеск со множеством персонажей и ситуаций, не вмещающихся в каноны реализма. Несмотря на весь драматизм, даже трагизм показываемой ситуации, комедийные элементы играют здесь существенную роль, заставляя подумать о постмодернистском жанровом коктейле, модном в мировом кино 1980-х. Трагедия подростков, которых не понимает взрослый мир, их острого, порой болезненного противостояния окружающим, хорошо обкатана в мировом кино (в том же «Слоне» Ван Сента или «Пустошах» Малика). Однако, лишь Хант снимает ни на что не похожее кино, эффект от которого удесятерен мощным саундтреком, от которого мурашки по коже: здесь все, от Генри Перселла до «Пошлой Молли», но главную тему задает «Дайте танк!» с двумя невероятными композициями, которые слушаются в фильме идеально. Наверное, никто в нашем кино со времен Балабанова не подбирал музыку к фильму так тщательно, еще ни у кого кадр так мощно не звучал, а музыка не сливалась с изображением в яркое аудиовизуальное целое. Несмотря на множество побочных художественных задач, решаемых Хантом блистательно и с мастерством истинного профессионала, главное в картине все же – это эволюция персонажей. Скромный тихоня Данила с развитием сюжета становится циником и бунтарем, а яростная в своей необузданности оторва Саша по ходу развития событий обнаруживает страх и желание идти на попятную. Важную роль в картине играет образ отчима-силовика – по сути дела это и есть агрессивный в своей «заботе» и насилии мир взрослых, моментально узнаваемые реалии нулевых-десятых, тот их груз, о котором был «Текст». Однако, этот образ статично отрицателен и лишь в финальной беседе перед захватом он как-то модифицируется во что-то человеческое. Актеры, особенно, конечно, подростки в главных ролях, справились с работой блистательно (так линия матери Данилы явно инцестуальна, что добавляет фильму глубины). «Межсезонье» - фильм о безвремении, о той дыре во времени, в которой вынуждены жить и расти целые поколения, жизнь без перспектив в атмосфере тотальной «заботы», а вернее надзора о тебе государства. Это по сути притча о том, что государство воспринимает своих граждан как малых детей, и его гиперопека наталкивается на яростный отпор и бунт (не зря Саша говорит о революции, это не просто слова). Речи отчима в фильме формально правильные и справедливые, но подаваемые с нажимом и психологическим насилием, очень похожи на навязываемую в культуре терминологию «скреп» и «духовных ценностей». Из слов, написанных в фильме то там, то здесь, складывается знаменательная фраза: «Жизнь слишком прекрасна, чтобы ее бояться» - это девиз Ханта и его ленты, ее скрытый смысл. Государство все время боится за нас, что мы набьем самостоятельно шишек, что мы оступимся на жизненном пути, что станем добычей хитроумного зла, потому оно опекает нас как младенцев, постоянно повышая градус социальной ненависти к нему. Хотя в принципе оно ничего плохого нам не хочет, как и отчим Саши, однако, удушение свободы рано или поздно оборачивается бунтом несвободных и несогласных, бунтом бесцельным и беспощадным в своей отчаянности. Хант не оправдывает своих героев-подростков, которые кстати никого не убили, он по отечески смотрит на их эскапады, понимая, что им надо лишь немного свободы и самостоятельности, они хотят, чтобы их слушали и слышали, не принимая за маленьких детей. Так заглавие фильма становится метафорой междоумочного возраста и потерянного времени, которое продолжает длиться и исчезать в тот момент, как взрослые и дети не находят общего языка. «Межсезонье» - фильм не только педагогический, научающий слышать бунтарские голоса наших детей, но, как было уже сказано, и притча о том, что в глазах государства мы сами еще дети, и оттого финал его отношений со своими гражданами может быть только трагичным, пока обе стороны не научаться видеть друг в друге людей.

Фильм посвящен одной из самых злободневных проблем современной России - подростковую суициду. Зритель буквально с первых кадров берется за шиворот и вовлекается в повествование современных реалий подростков России, которых мало кто слушает и понимает. Их окружает опустелый быт, примитивные развлечения, формальная школа, непонимание взрослых и этот список можно продолжать. Россия с начала 1990-х занимает первые места в мире по подростковым самоубийствам. Снять кино на эту тему - нужно иметь большое мужество, особенно когда все об этом молчат. Общество нуждается в рассказе по этой проблематике. Подобно как психотерапевт методом лечения разговором (так назывался на заре психоанализ) понимает и проникает в сложный и противоречивый мир подростка, принимает его, берет часть груза себе. Именно так происходит терапия суицидального поведения: нужно психологи, психотерапевты, педагоги, нужны рассказы, и мы должны видеть такие фильмы. В связи с этим этот фильм невозможно переоценить, он задает новый нужный обществу нарратив, не авторитарного окрика, а спокойной и умной беседе, иногда даже и не очень спокойной, но настоящей. В фильме удачно сочетаются документальные вставки реальных мнений и рассказов подростков со всей страны, эти рассказы были присланы режиссёру и удачно вмонтированы в историю фильма, которая вполне могла случиться в вашем городе или населенном пункте. Говорящие и почти кричащие подростки вначале и немое пронзительное молчание и пытливые, интересные глаза подростков в конце, в чаще леса. Здесь лес — это мощная метафора Вселенной, Мира, где все мы обитаем и вращаемся, именно в лесу происходят ключевые события, именно в лес убегают от опасности. Фильм не просто ставит проблему, он её и решает, ярко и недвусмысленно показывает, что нужно современному молодому жителю нашего общества: диалог, я бы напсиал, как говорила искусствовед Паола Волкова, «дИалог», так было в античности, когда вели умные беседы великие философы с тем, кто у них учился. Но у нас в России нет и простого диалога с подростком, и нет этого диалога и со взрослыми между собой. Мы разучились разговаривать, общество молчит. Несмотря на компактный формат, об этом фильме можно говорить бесконечно, т. к. ставятся экзистенциальные проблемы, т.е. проблемы существования (экзистенция): рождение, смерть, семья, город, деревня, природа, общество, отдельные люди. Режиссер удачно использовал различные планы и даже разные виды камер, что вносит важную динамику. Вставки-аллюзии надписей на стенах невольно отсылает нас к великим авторам кино: Стенли Кубрику, Андрею Тарковскому, или к памяти Ингмара Бергмана, либо Энди Уорхола. Мы вместе с авторами фильма переживаем, прежде всего, за подростков, хотя они ведут себя вызывающе антисоциально, именно такая противоречивая эмоция, сложная эмоция нужна, чтобы понять. Нельзя с плоским и черно-белым плохо/хорошо быть с такими вопросами. Особенно сейчас в современном мире, когда «Мы все ненормальные», так называется книга-бестселлер профессора антропологии Роя Гринкера. В таком «ненормальном» мире, в котором живут практически все страны мира, очень важно понимание сложности этого мира. Вместе с авторами фильма и актерами, которые играли эту драму, мы все становимся взрослей, бесстрашней, понимающими и готовыми вести диалог с любым, даже с тем, кому очень сложно, ибо никто не хочет умирать. И как сказал другой видный философ XX в. Гербер Маркузе: «Человеческая жизнь стоит того, чтобы её прожить, или скорее, может и должная стать таковой». Фильм будет интересен как специалистам, так и широкой публике, которая может, наконец, не читать сухие сводки в газетах или слушать деловые расскажи в репортажах об очередном «инциденте», а проникнуть в суть и серьёзно поговорить о жизни и смерти, увлекательно и радикально.