отзывы и рeцензии

Пылающий: отзывы и рeцензии

Иногда мы можем настолько сильно привязываться к определенному человеку, будь это просто друг или кто-то больше, что начинаем переживать о его каждом шаге, ревновать ко всякому проявлению добрых чувств к другим людям. А если этот человек в какой-то момент исчезает из нашей жизни, то мы неосознанно начинаем сами на себя нагонять дурные мысли, которые провоцируют на непредсказуемые и жестокие поступки. С подобным сталкивается главный герой тонкого психологического триллера «Пылающий». Синопсис Начинающий писатель Джонсу встречает знакомую из детства Хеми. За прошедшие годы в её жизни многое изменилось, и из некогда неказистой девчонки Хеми превратилась в очаровательную девушку, перед лучезарной энергетикой которой Джонсу не смог устоять. Однажды, вернувшись из туристической поездки в Африку, Хеми привозит с собой нового знакомого Бена. Бен – представитель золотой молодежи. Он живет в шикарных апартаментах, ездит на дорогой машине, но в то же время словно хранит какую-то страшную тайну, которая крайне тревожит Джонсу. Когда Хеми просто исчезает, не оставив следа, Джонсу намеревается раскрыть секрет загадочного Бена. Сам по себе фильм очень необычный, и игра актёров не исключение. Ю А-ин, исполнивший роль Джонсу, сыграл замкнутого нелюдимого молодого человека с непростым прошлым, для которого встреча с Хеми стала лучом надежды на перемены в жизни, посему знакомство с Беном стало звонком опасности. Чон Джон-со в роли Хеми воплотила образ не от мира сего девушки, живущей в собственных мечтах, в попытке отгородиться от окружающих проблем. На мой взгляд, корейские продюсеры пригласили на роль Бена Стивена Яна только из-за его участия в культовых «Ходячих мертвецах». Но это нисколько не умалило того обаяния и той мрачной таинственности, с которой этот герой вошел в жизни главного персонажа. Режиссёр Ли Чхан-дон снял тонкий психологический триллер на темы любви, молодости и зверя, живущего в каждом из нас. Режиссер строит фабулу фильма таким образом, что из поначалу невинной мелодрамы с любовным треугольником фильм постепенно превращается в остросюжетный триллер с пропавшими людьми и предполагаемым серийным убийцей. В то же время «Пылающий» нельзя назвать жанровым кино. Под соусом мелодраматичного триллера режиссер показывает сложную многогранную драму о человеке, который, находясь в поисках самого себя, сталкивается с темной стороной человеческой природы, способной на жестокие поступки ради собственного самоудовлетворения. Увы, я не читал ни одного произведения легендарного писателя Харуки Мураками, поэтому не могу оценить степень адаптации японского рассказа «Сжечь сарай» на корейскую обыденность. Тем не менее, чтобы внести определенную ясность в понимании сюжета фильма, опишу некоторые детали. Фильм начинается с неожиданной встречи молодого писателя Джонсу и знакомой детства Хеми. Джонсу и Хеми чем-то похожи, поскольку оба перебираются с одной работы на другую в попытке найти себя. Но в отличие от Джонсу Хеми более жизнерадостна и, несмотря на непростое финансовое положение, намечает поездку в Африку, заодно попросив Джонсу присмотреть за её котом. Однако из Африки Хем возвращается уже не одна, а в компании корейского «гэтсби» Бена. Бен источает уверенность, ездит на дорогой тачке, живет в шикарной квартире. Джонсу, влюбленному в Хеми, есть из-за чего ревновать и беспокоиться. Но беспокоится он не из-за материального положения Бена, а его загадочности. Когда Хеми, символ любви и надежды Джонсу, пропадает без вести, герой начинает преследовать Бена в попытке разгадать его тайну. Итог «Пылающий» - это тот тип фильмов, который оставляет много пищи для размышления. Поначалу ты просто пытаешься осознать, что ты только что увидел, а затем, какой смысл пытался передать автор. Один из кинокритиков назвал «Пылающий» корейским «Малхолланд Драйвом». И с этим можно согласиться, потому что под соусом психологического триллера подается сложная драма о человеческой одержимости другими людьми и тех поступков, до которых может довести эта одержимость. 9 из 10

К осени меланхолично леденящий зимне огонёк настоящего романа расколет наковальня молот. Южная Корея. Страна восходящего или взошедшего экономического чуда. Говорят, что американцы в своё время специально выжали из себя всё военным и иными путями, чтобы подтянуть её в пику социалистическому строю, сделать витриной американской жизни в азиатском регионе, собственно, косвенно и в Японии то же самое происходило отчасти (в фильме будет момент и 'социализма', доносящегося через громкоговоритель через границу). Капитализм во всей красе. Яркая страна со множеством дорог, развитая технологически и промышленно. С местным автопромом и смартфонами многие знакомы, как и со скандалами как раз-таки больше капиталистического происхождения с коррупционной составляющей основой. А ещё тут необычную киношку снимают, действительно самобытную. И она нам доступна пока что, по крайней мере, без всякого параллельного импорта. Отличие местной киношки от остальной западной, как впрочем и нашей, в скромных бюджетах. Тут нет в 99% случаев голливудских звёзд (хотя ладно, в нашей киношке есть одна знакомая условно голливудская звезда из Ходячих мертвецов) и феноменальных компьютерных график. Поэтому упор делают на сюжет, на людей, на диалоги, в каком-то смысле и на живую атмосферу местного колорита, окрестную пейзажную систему инфраструктуры и природы. Очень любят корейцы незамысловато и просто рассказывать о своём быте. Очень честно показывают как хорошее, так и негативное, как современное и инновационное, так и трущобы. В России тоже так снимают часто. Такой контраст просто необходим. Это как любовь и ненависть в фильмах. Это нужно. Лёд и пламя, например. Что-то такое одновременно жгучее и пламенеющее, а также холодное есть в нашем фильме. Если их соединить, то получится ни туда ни сюда - будничная серость. И кино действительно серое, уравновешенное. Идеальный инь и ян, как бы сказал старый китайский философ. В итоге путешествуем по серости жизни, то город, то деревенская провинция. Если так посмотреть, то их жизнь не далеко ушла от нашей, если по-настоящему. Если скрестить лёд и пламя, то получится вода. Вот так мирно течёт жизнь, спокойно течёт и мы утекаем за ней. Тут даже Трамп в телевизоре появился на пол-лица. Всё так спокойно и буднично. В своё время он и у нас появлялся нередко в СМИ. Думается, скоро его предвыборное время там опять начнётся, хотя он вроде уже и официально сиделец... его даже для картотеки отфоткали, почти зэк... первый почти зэк-президент звёздно-полосатого флага. Президенты ведь бывшими не бывают. А в Южной Корее ведь тоже кто-то сидел из президентов, даже женщина вроде. Да, капитализм. Наш герой тоже пришёл в суд посмотреть на одного... Но это дело такое. Кто-то сел, короче, вроде бы (не важно вообще). И это отчасти и привело героя в деревню. Он типа писатель, как мы все тут. Писатель в деревне... это почти как Пушкин. Только у Пушкина были изначально по крайней мере деньги на беззаботную писательскую деятельность. Будь у нас такие возможности, мы все были бы писателями, как великие русские поэты, которым в большинстве своём не надо было думать о хлебе насущном. Но мы все просто нищие поэты, пишем всё в уме по дороге на работу и обратно, а также в переписке в соцсетях. Парень наш по виду и действиям, такое ощущение, ещё в пубертатном периоде ментально и по повадкам. В чём-то он и Раскольников, в чём-то ещё кто. Иногда кажется заторможенным. Возможно просто никуда не спешит. Многие бы сочли его мутным, кто-то счёл бы тем, кого можно легко развести на что-нибудь. Одинокий по сути парень, о котором и плакать никто не будет, никто ему не поможет, случись что. Возможно, он встречает такую же девушку случайно, как в лотерею выиграть. Но что это за лотерейный билет? С ним ты выиграешь или на тебе выиграют другие? Любовный треугольник. Он в наших жизнях возникает неожиданно. Сначала появляется она. И кажется, что этого хватает в принципе, а потом и он на Порше подтягивается, как Великий Гэтсби. У тебя любовь, у него Порше, у неё дилемма - что выбрать: любовь или Порше с денежным мешком в придачу? И стоит такая, смотрит на вас, кокетливо выбирая. А может, взять обоих разом? Одному буферами посветит, потом другому... потом и обоим. 'Ну змея',- лаконично резюмировала про неё Оранжевая. Но мы не знаем ничего наверняка. Строим лишь догадки... догадываемся о чём-то в этой жизни. Лёд и пламя, а между ними девушка. Молот и наковальня выкуют из неё что-то, покажут, кто она такая есть. Бедная, да и вся в долгах капитализма. _ Есть что-то ретроспективное в нашей ленте, нарочито ретроспективное, как лампа накаливания, которая почти ушла в небытие. Есть старое, как грузовичок одного главного героя, есть новое, как Порше - другого. Есть в мире новое что-то, как всякие новые лампочки с газом или светодиодами. От них больше света как бы, но меньше тепла. Лампы накаливания теплее, живее, поэтому их во всяких ресторанах ставят, как элемент ностальгии по прошлому и как будто старый камин вместо новомодных муляжных. Это кино такое как бы ностальгическое по прошлому и тёплому, которое постоянно вспоминают герои, но и боль какая-то у них общая есть в прошлом. Наши герои как будто не прижились в настоящем, отщепенцы, раскольники, но один из них особого сорта, современного. Современное, как мы знаем - смерть для старого. Лёд и пламя не уживутся вместе. Кто тут лёд, а кто пламя? И кто пострадает между ними? Кто-то постоянно должен страдать в этой жизни, кто-то - быть молотом, а иной и наковальней безмолвной, неподвижной. Жутко. Всё старое как игрушка для нового. Поиграться и сжечь.

Артхаус отличается от любого другого фильма в первую очередь тем, что над ним будет необходимо думать. Оно само наталкивает вас на мысли и настойчиво увиливает от заветного вопроса: что ложь, а что истина? Дело в том, что в таких фильмов нет ни одного, ни другого. Зритель должен принимать для себя полностью самостоятельное решение, во что верить и почему. Как он будет интерпретировать фильм и какие мысли почерпнёт из него. Как мне кажется, режиссёрский замысел Ли Чхан-дона состоял именно в этом. Заставить нас размышлять о судьбе девушки, доверяя главному герою иль же опровергая его точку зрения. Но дело-то в том, что каждый из нас видит то, что хочет. Каждый из нас воспринимает 'сжигание сараев' так, как подсказывает ему нутро, и мы, к сожалению, никогда не поймём, что же подразумевал Бен под этим выражением. Сюжет фильма делится на две части, момент разделения которых вы точно заметите. Сначала нас знакомят с героями, а потом дают усомниться во многом из увиденного ранее. Вообще, я бы сказала, что этот фильм не для широкой аудитории. Идёт он медленно, длится два с половиной часа, так ещё и задаёт слишком много вопросов, без ответов на которые сложно остановиться и убежать от мыслей об этом. Но, не смотря на это, как по мне, сюжет построен грамотно. Так, чтобы мы понимали героев и могли переживать за них и их судьбу. Актёры мне очень понравились, учитывая то, что из них я раньше видела только Стивена Яна в 'Ходячих мертвецах', где он не особо блистал. Ю А-ин и Чн Джон-со отлично справились со своими задачами и смотрелись очень органично в своих образах, и я точно уверена в том, что постараюсь и далее знакомиться с их фильмографиями. Уж очень они мне пришлись по душе. Как и саундтреки, кстати. Они просто невероятны. Как я и говорила ранее, этот фильм не для каждого. Если вам нравятся мелодрамы, а после не приходится по душе артхаус - это не плохо. Просто в таком случае, вам и не стоило его включать, все дела. Советую браться за него только если вы уже имели опыт с артхаусом, и он пришелся вам по душе. В ином случае, как мне кажется, даже пробовать не стоит. А если вы и взялись за него, но он вам надоел в какой-то момент, просто выключите и не тратьте своё время за зря. Любителям же артхауса настоятельно рекомендую к просмотру.

“Пылающий необычайно зависим от внутреннего пожара”. Таково было первое услышанное мнение о новой ленте Ли Чхан Дона. Если вовремя следить за обзорами с каннского кинофестиваля, можно было влёгкую вносить его в лист ожидания - фильм получил достаточно тёплый приём как со стороны публики, так и со стороны рецензентов. Джонсу живёт внутри собственного мира, закрытого, юродивого, эпизодического, снабжённого фолкнеровскими размышлениями и писательскими мечтами, пока не встречает свою знакомую детства - Хаэми, с которой проводит ночь и которая в скором времени уезжает в Африку, прося героя присмотреть за своим котом. Джонсу мечтает о ней каждый день, вспоминая их физический контакт, стремглав несётся встречать её в аэропорт, однако Хаэми возвращается с новым другом Беном - богатым, красивым и членом совершенно иного сословия. Бен подозрительный, Хаэми странная, Джонсу - медлительнно, но довольно глубоко соображающий и размышляющий. Такая тройка игроков несомненно вызывает дискомфорт, сама у себя, отчего и зритель пребывает в напряжении, и герои меняются, начиная принимать чувствительные решения. Кто находился внутри жизни, обязательно их поймёт. Такое заключение, к слову, так же близко пониманию Ли Чхан Дона. Ассимилирование чувств не имеет контролирующего органа - невозможно справиться со стихией, которую производишь собственноручно. При этом, в противном случае, гореть ничего не будет, сколько не поджигай, если не имеешь к этому настоящего отношения. Кино завораживает. Переходя от будничного повествования и туманной экзистенции к саспенсу, к возникновению напряжения, появляющимся загадкам и тревогам состояния, режиссёр погружает зрителя в анабиоз, где литература ведёт за руку что-то глобальное, с понурым взглядом проходящее среди простоты любви и теплиц. В рамках постановки “Пылающий” - потрясающее произведение творчества. Ли Чхан Дон улавливает каждое короткое изменение поведения своего героя, каждую частоту мысли, каждую эмоцию и направляет его дальше, с отстранённым видом в ту жизнь, где вроде бы все мимикрируют, но вроде бы и безучастны друг к другу. Кадр говорит. Это потрясающее чувство, когда в независимости от сюжетных перипетий, фильм с тобой общается, как ментор в приятельских отношениях, причём на твоём же языке. Несмотря на свой хронометраж, перед тобой - одно большое целостное полотно, которое обладает своим собственным даром речи и интеллектуальным умением вести со зрителем беседу. Практически такое же открытие, как возможность прочитать действительно неординарный сюжет внутри произведения какого-нибудь из классиков художественного искусства. Огромнейшее достижение ленты - это её мультинациональность. Герои обладают собственным шармом, присущим не столько корейцам, сколько человеку, находящемуся в смежном состоянии. Культурная среда здесь только дополняет и подчёркивает, но никак не обладает ведущей ролью, отчего лента выглядит близкой любому зрителю любого народа и национальности. Двигаясь за героем, зритель понимает неограниченность пространства, в котором он находится, и ограниченность состояния поведенческого и материального, где разница лежит только между возможностями совершения поступков. Герою остаётся принять смену позиций. Теперь жизнь не выглядит однобоко, теперь она неясна полностью, у нужно понять, кто нуждается в поиске - близкий тебе человек или ты сам. 3.11.2018

Этот фильм снят при участии Харуки Мураками по его рассказу, который я не читала. Но как тут сравнить? Идея сюжета принадлежит японцу, заточена под определенный культурный контекст - а снял фильм южнокорейский режиссер. Южнокорейское кино - специфичное, не похожее на европейское авторское кино или Голливуд. И самое приятное в нем для меня - помимо морально-воспитательной составляющей, - идеальное сочетание саспенса и визуальной эстетики. Таким оказался «Пылающий». Название фильма вообще большой вопрос - очевидной связи между ним и сюжетом не прослеживается. Сначала ожидания: вот он, главный герой в образе маленького человека. Мечтает писать. Напишет — и будет гореть, светить, пылать... В некотором роде ожидания оправдались. Правда, совершенно невероятным образом. Жанр неопределим. Это непохоже на экранизацию: стройной логики повествования явно не хватает. Иногда очень непросто проследить связь по цепочке событий. В итоге все складывается в сложный многогранный триптих. Фильм действительно можно разделить на три части. Первая — завязка: герои находятся в начале пути, с мечтами и надеждами. Вторая — смена настроения: планы воплощаются или рушатся, отношения меняют градус. Третья — развязка: у каждого появляется четко определенное место. Есть три центральных персонажа. Главный герой Джонсу пишет книгу. Он сталкивается с подругой Хаэми, между ними возникает связь и понимание — не то что в детстве. Девушка являет собой поток энергии, что вдохновляет Джонсу. На момент встречи у обоих большие планы на жизнь: она собирается в путешествие - он хочет стать писателем. Все выглядит как начало романтических отношений. Но из поездки девушка привозит не только впечатления. С ней вместе возвращается новый знакомый по имени Бен. Загадочный Бен с крутой тачкой и необъятной квартирой имеет необычное хобби. Хаэми теперь все время проводит с ним, и Джонсу остается один в недоумении. Он старается мягко привлечь внимание подруги, молча терпит. Но в очередную встречу он ненароком обижает девушку, и та перестает отвечать на звонки. Далее следует некоторый перелом в ходе сюжета, и настрой картины кардинально меняется. Лента обретает черты детективного триллера, хотя зритель успевает опомниться лишь на последних минутах. Режиссер настолько плавно подводит к некому знаменателю, что остается только удивляться, как это все получилось. Не самая, казалось бы, сложная история, не самый насыщенный событиями сюжет в итоге пленяет тонкой, не высказанной вслух идеей. Фильм идет 2,5 часа... Но режиссер почти наверняка ничего не вырезал. Зрелище на экране стоит всех 148 минут, это сплошное визуальное удовольствие. Чон Джон-со, исполнившая роль Хаэми — просто чудо. Она красивая и невероятная гибкая в плане эмоций и движений. Такого спектра состояний я не видела давно. Или ни разу. Наблюдать за актрисой — одно удовольствие, она привнесла много красок в фильм Чан-дона. Я уверена, что без нее фильм был бы совсем не тем. Во-первых, в роли Хаэми девушка воплощает идею поиска себя. Она не раз упоминает великий голод — тот, что означает бесконечную жажду жизни, поиск себя и ответов. Именно поэтому она отправляется в Африку и по возвращению вдохновлена абсолютно каждой минутой, проведенной там. Во-вторых, Хаэми — некое чистое существо, бесконечный поток энергии, творческий порыв. Она добра, наивна, открыта, постоянно ищет и узнает новое. Об этом говорит и ее желание стать актрисой, и спасенный ею котенок, и то, что она восторгается всем увиденным, не жалея эмоций... И именно легкая ссора с Джонсу задевает ее, чтобы произошедшее после дало новое развитие персонажам. По ходу фильма персонаж Хаэми зачастую занимает центральное место. Порой она смещает в сторону как главного героя картины, так и Бена. Через взаимодействие с ней Джонсу трансформируется и постепенно принимает финальный цельный облик. Общаясь с девушкой, юный писатель раскрывает стороны характера. Иначе зритель ни за что бы не понял, что за человек изображен на экране. Джонсу в принципе предстает многослойным, закрытым, сложным. Подобраться к его мыслям и порывам не удается ни с первого, ни с пятого раза. Бен — еще один способ расплести клубок под названием Джонсу. Интерес к загадочному парню, которого встретила Хаэми — первое, что заставляет его реагировать. Еще одна причина — связь с Хаэми. Интерес сменяется подозрением, опасением, недоумением... И если Бен не раскрывается как конкретный характер, Джонсу, напротив, обретает все больше узнаваемых черт. И метаморфозы главного героя — очень небыстрый, но захватывающий и прекрасный процесс. Помимо Бена и Хаэми в картине мимолетно появляются родители Джонсу. Мать никак не влияет на парня — лишь является инструментом в его поисках. А отец, появившийся в кадре лишь раз, номинально присутствует в картине на протяжении всего времени. Он специфичный человек, его влияние на сына очевидно. Из-за него ушла мать, из-за него парню приходится переехать... Джонсу злится, наследуя в некотором роде подавленную внутреннюю ярость. И ненавидит отца за нее же. Действие происходит в небольшом корейском городе и его пригороде. Ничего прекрасного. Нет волшебных садов, стройной архитектуры, поддерживающего кадр ландшафта. Но есть потрясающей красоты закат, есть контраст между заброшенными теплицами и своеобразной планировкой домов, есть Хаэми. Ее танец - намек режиссера, облик свободы, порыв,- стоит отдельной короткометражки. В ленте нет ни единой обточенной горизонтали: все окружение героев - неровное, диссонирующее. Но грязь во дворе, и ржавый грузовик Джонсу, и лес у дома вместе создают атмосферу. Она погружает в историю, не позволяет отвлекаться, и состоит в крепкой гармоничной связи с персонажами. Я бы сказала, что природа и город - массовка, действующие лица, которые реагируют на происходящее. Вдогонку к визуальной партии, 'Пылающий' впечатлил меня еще и музыкальной. Не могу вспомнить ни единой мелодии из фильма - не хочу даже искать. Звук так тщательно подобран, что становится фоном, ландшафтом, участником событий. Его сложно отделить от общего сюжетного полотна. Режиссер создал прекрасную и сильную историю - цельную, без перегибов. Ее хочется узнавать снова. Пытаюсь осознать свои впечатления - получается с трудом. 'Пылающий' оказывается вне жанра: нельзя сказать, что он чему-то учит или что в нем вы узнаете себя. Это история на границе между реальностью, книжным рассказом и фантазией режиссера. По итогу, название может относиться к каждому из трех основных персонажей. Джонсу пылает внутри, подавляя унаследованную ярость, пряча чувства к Хаэми, стараясь найти писательскую линию. Хаэми горит - и светит всем. Она открыто делится потоком своих мыслей и эмоций, для нее нет проблемы подавления, и все, что происходит у нее внутри - видит каждый снаружи. И Бен. Он имеет к огню чуть более посредственное отношение: у него хобби - жечь. Что жечь и почему - вопрос, на который стоит получить ответ, отправившись в кино.

На седьмом десятке заслуженный кореец Ли Чан Дон наконец-то снял по-настоящему талантливое, метафизическое кино, лишенное раздражающей бизарности на грани exploitation его предыдущих работ (вроде любви маргинала, откинувшегося из тюрьмы и девушки, страдающей церебральным параличом, или старушки, впадающей в Альцгеймер в окружении сына-насильника и похотливого старца), выведя эмо-реализм на новые высоты. «Пылающий» — это его магнум-опус, Хичкок в художественной пластике Вирасетакула, южнокорейская готика (если отталкиваться от «южной готики» многократно упоминаемого в фильме Фолкнера) «a trois», обилием скрытых смыслов и кодов напомнивший эшеровские лабиринты. Начинающий писатель Чонсу встречает Хаэми и, переспав с ней, временно теряет ее из виду. Потом, вновь встречает ее, но уже в компании Бена — передвигающегося на 'Порше' скучающего плейбоя из элитного района Сеула, воспетого PSY. Чонсу любит Хаэми, но та предпочитает компанию Бена. Это еще не «Жюль и Джим», но, конечно, уже треугольник. И разрешится он по-особенному. Первая часть «Пылающего» — умелая обманка, набивший оскомину малособытийный слоу-муви с диегетическим нарративом под музыку Моуга (немного смахивающую на рифы Кудера), в обрамлении флегматичных мастурбаций и кормлений кота-фантома. Сюжетная линейность и смысловой императив испаряются вместе с инфернально красивым танцем Хаэми под косячок на закате (привет Антониони и его сублимированной Африке из «Затмения»), переводя «Пылающего» из фильма про трагичную любовь на троих в регистр онейрической притчи с раздутым до неприличия закадровым действием. Вот здесь и начинается самое интересное. Чан Дон проделывает хитрый кунштюк, на этот раз окончательно реанимируя идеи великого итальянского певца некоммуникабельности (а в сценах с мимами — почти дословно цитируя его) и, добираясь до фундаментальных универсалий — разобщенности, непонимания, отчуждения между людьми, превращает фильм в сложносочиненную мифологему о том, что все окружающее героя и нас, зыбко, иллюзорно, существует, возможно, лишь в воображении, не поддается окончательному пониманию и познанию, ловко используя для этого ложнодетективную оболочку. Очередная реинкарнация агностического антониониевского «Фотоувеличения» проходит под эллиптический монтаж, невероятную атмосферность каждого кадра и аккомпанемент параноидальной (в стиле раннего Полански) ажитации главного героя в обрамлении теплиц, детских воспоминаний, снов и курсирования от окраин к Гэнгаму и обратно. Кореец настойчиво имитирует действие, которого давно нет, но, парадоксальным образом, несмотря на все длинноты и постепенности, напряжение фильма множится как пузырьки в вскипающей воде. Чан Дон с пессимистическим остроумием щедро разбрасывает ложные макгаффины (кот, колодец, часы), ни один из которых ни на миллиметр не приближает к правде, а наоборот оставляет стойкое ощущение неустойчивости пошатнувшегося сознания, смешения реальности и вымысла, как в лучших образчиках «наркотического кино», с лихвой покрывающие внешнюю бессодержательность, неприличное пренебрежение к фабульному развитию и увядший темпоритм. Разуверившись в возможности познать истину, Чонсу оказывается в «Платоновой пещере» и, отчаявшись в попытках найти ответы на мучающие вопросы (в фильме это выглядит несколько иначе — Чонсу наоборот КАЖЕТСЯ, что он все понял), решается устранить все сомнения одним махом. И устраняет. Фильм Чан Дона тем и хорош, что располагает к диаметрально противоположным — до апофении — трактовкам основного месседжа: от откровенно солиптических (нет Хаэми, нет Бена — все это лишь плод воображения и ипостаси Чонсу, этакие «Игры разума» или карпентеровские «В пасти безумия») до сугубо прикладных, общественно-политических (здесь все сводится к банальной социальной стратификации, ненависти бедных к богатым — видимо, Чан Дон, умело выполнил завет самого знаменитого и ныне здравствующего французского «волновика» и снял кино не о политике, но политически. Ведь периодически звучащий голос северокорейского соседа у жилища Чонсу неслучаен. Другое дело, что и эту политическую коннотацию кореец превращает в метафору пограничности ситуации). Отчасти правы все. Тем и хороша чандоновская концепция, что не так важно, были ли кошка и колодец и кто, в конце концов, этот гражданин соврамши. Кореец хорошо отличает свободу факта от свободы притчи, сделав вещь в себе, многогранный и многоуровневый ноумен, от того более сильный, глубокий и хорошеющий на глазах от множества трактовок (в том числе причин, поведенческих мотивировок действий Чонсу — от Эдипова комплекса и ушибленности с детства нелюбовью до банальной ревности-зависти) и того, что однозначно осмыслить и дать единственно правильный ответ нельзя. Трактовка картины также иллюзорна, как материя самого фильма, ускользающая от окончательного и бесповоротного понимания и не подлежащая доказательству. «Этот мир похож на головоломку» — звучит фраза в фильме. Фильм Чан Дона — тоже. Как говаривал старина Эксл Роуз, Use Your Illusion. 8 из 10

Именно с этим возгласом на языке был закончен просмотр этой картины. Я новичок в написании отзывов на киноленты, но в хороший фильм от плохого отличить могу. Так вот Пылающий - определённо переоценённое зарубежными и отечественными критиками и зрителями кино. В нём абсолютно ничего из заявленных направлений: детектив, триллер, драма. Пустой сюжет буквально пытает зрителя до самого конца. Но по порядку. Сюжет. Джон Су - какой-то молодой деревенский упырь, тщетно пытающийся убедить себя и окружающих в том что он хочет стать писателем, совокупляется со своей бывшей одноклассницей, после чего ревнует её к более успешному мужчине и окончательно превращается в тупого упыря после того как молодая девушка пропадает. Ничего кроме дыр и неразмотанных клубков в сюжете нет. Сюжетные линии начинаются и обрываются на полу слове, оставляя стойкое ощущение недосказанности. (Дальше спойлеры). Что за история с отцом? К чему вся фигня про мистику, мандарины и про то что вилки не существует? Чем занимается Бен, что за друзья-сектанты? Куда чёрт возьми пропала деваха? К чему поджоги теплиц и поджигались ли они вообще? Это лишь короткий список вопросов ответов на которые фильм там и не даст. Актёрская игра. Она на уровне кинофильма 'Комната'. Каменное лицо ГГ, сопровождаемое каменной улыбкой Бена и его дублирующимися смешками. Мест в которых ГГ улыбнулся или проявил эмоцию можно посчитать по пальцам. Игра сырая, скучная, не цепляет. Постоянно хочется перенести взгляд от этих серых лиц. Операторская работа. Фильм ооочень затянут. Если обрезать бесполезное перемещение камеры по городу, горам, пейзажам, полям, деревьям и тд, то фильм станет минимум на 1 час короче. Всё это вселяет ощущение скуки и стагнации сюжетной линии. Идёт обычная серая корейская жизнь. Итого. Скучное и затянутое кино, в котором поднимаются несколько тем и зависают без какого-либо развития. Ощущение полной недосказанности и пустоты после просмотра. Герои не раскрыты. И всё это под абсолютное отсутствие музыкального сопровождения. Альтернативное название этого фильма: 'Др*чила Джон Су или 10 дней из жизни одного корейца'

«Я ничего не решаю, а просто принимаю тот факт, что они хотят сгореть» (с). Фильм рассказывает о молодом писателе с туманным прошлым и настоящим по имени Джон-Су. Однажды он встречает Хэми — девушку из своего детства, в которую влюбляется. Однако она покидает его, чтобы отправиться на поиски смысла жизни в Африку. Вернувшись из путешествия, Хэми возвращается вместе с Бэном — молодым и богатым корейцем. Бэн раскрывает Джон-Су свою тайну: оказывается, он поджигает теплицы ради развлечения и планирует сжечь одну из них в деревне героя. После этого возлюбленная Джон-Су и Бэн исчезают. Теплицы остаются нетронутыми. А герой оказывается втянут в игру, в которой реальность и выдумка перестают быть различимы. Пылающий представляет собой амбивалентное ничто. Просто нужно не думать, что здесь есть смысл, а забыть, что смысла здесь нет. Но главное — думать, что ты его правда видишь, тогда рот наполнится слюной и придет вкус. Сам Ли Чхан-дон говорит о своем фильме так: «Если вы спросите, насколько пуст холст этого фильма, то я скажу, что совершенно. Как заброшенная теплица. У него есть форма, но совершенно нечего рассматривать. Тем не менее, зрители принимают его, наполняют смыслом и верят в него». Режиссер предлагает поиграть в игру, которая называется «субъективное восприятие». При этом реальность и метафоричность начинает постепенно сливаться воедино. Заставляя героя в страхе бегать в поисках воображаемой теплицы, когда как теплица — это ловушка, как и злодея фильма, так и режиссера. Теплица — это метафора, которую герой хочет осязать. И поставить точку в том, что он видит, как и зритель этой картины. Но встреча с реальным злом оставляет его голым, а зрителя — с фактами, из которых можно сложить свой смысл.

События фильма 'Пылающий' происходят в современной Южной Корее, обнажая наружу имеющиеся социальные конфликты. Перед нами 4 основным персонажа. Джин Су - простой парень из деревни, который получил образование, однако, никак не может реализовать себя по жизни. Бен - зажравшийся молодой человек, который играет с людьми в свое удовольствие. Хэми - девушка, которая чувствует себя особенной, не такой, как все, которая имеет тягу ко всему возвышенному. Бойлер - мистический кот Хэми. Итак, все наши человеческие герои ещё до событий фильма столкнулись с великим голодом - коротко, поиск смысла жизнь. Бен научился его утолять, 'сжигая теплицы', Хэми пытается утолить его путешествиями, лишь один Джинсу бездействует. С первого взгляда может показаться, что это история любви между Хэми и Джинсу - её детской любовью. Но Джинсу слишком старомоден для неё и совсем не понимает потребностей девушки в человеке, которому можно доверять и на которого можно положиться. Со второго взгляда - игра Бена с Джинсу, который окончил литературный, но так и не смог понять метафору Бена. Джинсу - стериотипный корейский мужчина. Хэми - женщина, которой необходимо подстраиваться под общество, чтобы выжить. Бен - символ давления со стороны государства на обоих персонажей, он просто забавляется с ними, ведь ему можно делать все, что вздумается. Хэми действительно была необычной на фоне этих двоих, она была свободной, волевой и единственной, кто делал фактический выбор и пытался улучшить свою жизнь, действия мужчин - просто реакции на окружающую среду. Мужчины в этом фильме показаны как импульсивные идиоты, которые не могут помочь себе и бесполезны против своих плотских желаний. Настало время вспомнить 4го персонажа - кота Бойлера. На самом деле, именно Бойлер является двигателем сюжета. Благодаря ему Джинсу понимает два основных момента в своей жизни - что он любил Хэми и что он её потерял. 7 из 10

Подобно неторопливым мелодиям ручейков тающего ледника, сливающихся в симфонию неизбежного разрушения и краха, сюжет картины замысловато и тонко сплетает истории героев в рушащуюся глыбу драматического финала. Очень неспешное кино. Весь 'не короткий' фильм (интересно, есть режиссерская версия?!) осилил за два раунда. Чтобы не взболтнуть про сюжет, опишу свои впечатления: впервые приступил к просмотру в год выхода фильма. Не осилил. Досматривал сегодня, 27.09.2019. Результатом 'второго раунда' стал повторный полный и немедленный пересмотр и написание данного отзыва. Могу засвидетельствовать свои наивысшие рекомендации. Превосходное кино, которое заставит поклонников таланта Х. Мураками пожелать прочитать первоисточник. Но и запастись терпением. Это в высшей степени медитативная картина. Прекрасная. Глубокая и многослойная. Наравне с сюжетом приятно отметить целостность работы оператора, композитора и актеров. Дабы избежать хоть небольшого упоминания самого фильма, сравню его по внутреннему настроению с фильмом Гаса Ван Сента 'Слон'. Тот же покой, тот же плетущийся шаг повествования, кисельная плотность сюжета, короткоживущие диалоги героев, их тихие голоса наравне с вышесредним хронометражем. Та же бьющая под дых и растаптывающая концовка. Восхитительный фильм. 'Пылающий' медленно и мягко — многотонный танк на парашюте — обрушивает на зрителя катастрофу, осколки которой рассыпаются в мозаичный узор с массой слоёв и смыслов. Вне всякого сомнения, я видел шедевр, который заставил меня взять на себя труд написания данной рекомендации, как минимум. А по большому счету, в очередной раз приятно удивиться мастерству южнокорейских кинематографистов. Большие молодцы. 9 из 10

Сравнивая этот фильм с 'Под Сильвер-Лэйк' и 'Магазинными воришками' убеждаюсь, что речь идет о близнецах-братьях. Каждая из этих лент рассказывает нам о рефлексии молодых людей. В каждом из приведенных случаев мы сталкиваемся с медитативным постижением мира, где факты уступают чувствам нелепо склоняясь перед невыносимой легкостью бытия. Секс и мастурбация тут непреложные этапы постижения реальности, что свойственно молодости. И каждый из фильмов отмечает нечто личное, авторское. В 'Магазинных воришках' большее внимание отводится вопросам детства и социального неравенства, в 'Сильвер-Лэйк' - конспирологии и мифологии Голливуда. А вот в 'Пылающем' ставка сделана на взросление человека, его личный путь самопознания. Это очень непростая задача. Более тонкая, а оттого зачастую она не всегда очевидна. Но вот решить ее можно одним нехитрым штрихом - показать двух антиподов. Один познал свою негативную сторону, взглянул ей прямо в глаза, другой - лишь находится у врат. И зрителю решать - убедителен такой рефрен или нет. Автор лишь задает дискурс. Он вводит нас в контекст поджигателей теплиц и творчества Фолкнера, он заставляет вспомнить 'Жюль и Джим' Трюффо. Девушка, парень, еще парень. Вот и думайте... Выходит многозначительно. Но тут все слишком субъективно. На мой вкус, автор несколько увлекся визуальными зарисовками, выведя этюд вместо полноценного художественного произведения. И именно отсутствие этой полноты и смазывает впечатление от ленты. Тут слишком много конъюнктурного фестивального налета. 4 из 10

'Пылающий' Ли Чан-дона основан на рассказе Харуки Мураками 'Сжечь Сарай'. Фильм корейского режиссера получил рекордно высокую оценку в Каннах, и некоторые критики говорят, что фильм превзошёл первоисточник. Мне показалось интересным сравнить фильм и рассказ. В фильме Ли Чан-дон намеренно добавил классовое неравенство: он превращает обычного женатого писателя в незрелого студента-разнорабочего из глубинки, а обычного бизнесмена на иномарке в преуспевающего представителя золотой молодёжи на Порше. Отсюда возникают сцены, которые не следуют напрямую из рассказа. Фильм содержит загадки, которых нет в рассказе. История с колодцем или тема огня в жизни каждого из героев отсутствует в рассказе. Однако, как мне показалась, она не эксплуатируется и ни к чему не приводит. Если это единственная причина, по которой фильм называют 'Корейским Малхолланд Драйв', то этой причины явно недостаточно. Но самое важное отличие — это детали, раскрывающие центральный конфликт. В рассказе намёк на разрешение едва уловим, и целиком содержится в одном коротком диалоге, что делает концовку необыкновенно удовлетворяющей. На фоне этого фильм выглядит как объяснение шутки, до которой не дошёл читатель, рассказывая всё больше подсказок (часы, 'как пепел', кот и т.д.) Из-за обилия деталей, обсуждение после фильма превращается в финальную сцену рассказов о Шерлоке Холмсе, где каждый говорит о замеченных мелочах, чтобы доказать свою точку зрения. Но это и разрушило таинство и метафоричность задумки Мураками. Главный герой фильма принимает решение и разрушает непредвзятость зрителя: симпатия к главному герою может повлиять на решение ведущего вопроса фильма, в то время как у Мураками мы представлены самим себе. Суммарно, рассказ получился более возвышенным в сравнении с фильмом. И разрешение конфликта оказывается не преимуществом, а недостатком произведения Ли Чан-дона.

Абсолютный лидер критиков в этом году, который получил от них самый высокий средний бал за всю историю Канн, но которому в итоге не дали ни одной премии, явление и впрямь выдающееся, стоящее особняком в череде очень многих психологических триллеров. Культура Южной Кореи в начале XXI столетия продолжает переживать свой рассвет, и ее кинематограф, которому сегодня удалось вырваться в бесспорные лидеры в дальневосточном регионе, — самое яркое тому подтверждение. Предыдущая работа Ли Чхан Дона, проникновенная драма «Поэзия» (2010), увезла из Канн приз за лучший сценарий. Спустя восемь лет бывший министр культуры Южной Кореи вернулся на Лазурный Берег с «Пылающим», вольной экранизацией рассказа Харуки Мураками «Сжечь сарай», в которой режиссер преломляет первоначальный сюжет, углубляет и расширяет его, чтобы превратить в густую смесь драмы, мелодрамы и психологического триллера. 'Пылающий' в результате на несколько голов поднимается над своим литературным первоисточником и в какой-то момент превращает в романтическую зарисовку с любовным треугольником в пугающий и завораживающий триллер, достигающий метафизических высот. Невидимая нить связывает троих: главного героя, его возлюбленную и ее нового друга, встреченного во время путешествия в Африке. Сюжет обещает одно исчезновение, много тайн и недоговоренностей, сквозь которые придется прокрадываться к огню, горящему где-то внутри каждого из персонажей. Но только огонь ли это? Немного это похоже на 'Фотоувеличение' Антониони: ключей к трактовке действительности не отыскать. Что только кажется, а что реальность? Ответить на этот вопрос в очередной раз невозможно. Иллюзорность правит бал. Как та самая пантомима с очищенным мандарином, которую показывает героиня в начале и в которой мандарина-то нет. Как кот, живущий в ее квартире, одновременно присутствующий и отсутствующий. Как человек, который, словно мираж, исчезает без следа и объяснений из жизни. Вечны только пустота и одиночество. Жизнь — головоломка, и решить ее никому не под силам. Всякий остается для другого великой загадкой. Никого из окружающих постичь и понять невозможно. Человек прикован исключительно к собственному 'Я' и его мир, в сущности, — только его 'Я'. А за всем этим — еще одним штрихом — социальный пласт сюжета с неравенством и несправедливостью иерархии, провоцирующей фрустрацию и доводящей человека до крайности, сводящей нити сюжета к неожиданному и грозному финалу. Созерцательный в плане изображения, по-восточному медитативный, тематически многослойный и настроенческий фильм. Пожалуй, одно из самых сильных киновпечатлений с начала года. 9 из 10

«Пылающий» привлекает как экранизация одного из самых интригующих и внешне-простых рассказов Мураками. Для меня было глубоко непонятно, как сделать из 10-15 страничной истории фильм длиной в 2,5 часа. Но Ли Чхан -Дон в режиссерском кресле, конечно внушил мне доверие, и не зря. Маленькая зарисовка Мураками о странной девушке, ее загадочном бойфренде и индифферентном друге, он же главный герой, приобретает в фильме зловещий, жестокий и очень злободневный оскал. Потерянный Джонсу сам не понимает как оказывается влюбленным в подругу детства Хэми, хрупкую, смешную, немного истеричную. Ей непременно нужно в Африку, и, как решительная дама, она туда отправляется, оставив друга кормить кота. Вернется она уже не одна. Наверное, это вторая полнометражная экранизация Мураками, которую я посмотрела, и первая, ухватившая его зацикленность на быте, зыбкость мира в захламленных комнатах. Японский «Норвежский лес» семилетней давности, был, все-таки, более дидактичен в стремлении передать детали истории. Чхан-Дон пошел по другому пути. Он взял малютку-рассказ и решил выдавить, вытащить и преумножить все, что в нем было. Добавив хоррора, триллера, немного комедии и много «затянутых» планов он получил историю об отчаянии, о женственности против жестокости мужского мира, о несвоевременности и неспособности никого никогда спасти. Хэми здесь как олицетворение непосредственности и свободы женщины: cвобода выбирать партнера, свобода путешествовать, свобода любить и жить, ходить голышом, в конце концов, вступающие в борьбу с внутренней необходимостью быть любимой, не быть одной. Каждому хочется чувствовать себя защищенным, а брошенная, одинокая, всем задолжавшая Хэми тратит все силы на то, чтобы просто почувствовать себя живой. Имитация веселья как образ жизни. Вдруг ставший ей другом аутичный Джонсу, который делает вид, что он писатель- вот все ее окружение. Кстати, такое прочтение образа главного героя рассказа, хоть и идет в разрез с тем, как его описал Мураками, но ухватывает самое важное- герой у японского почти классика всегда отстранен, он наблюдатель. Он ничего не сделает, пока его не припрет к стене, да даже если и припрет, он еще долго будет размышлять, варить спагетти, чертить карты, бегать и искать самые окольные пути, чтобы добраться до правды. К сожалению, история, которую показал Чхан-Дон, страдает излишней прямолинейностью и затянутостью. Повторяя раз за разом одни и те же сцены, излишне подробно объясняя, а что же он хотел сказать, он показывает, что зрителю лучше бы свободу мысли не давать. Это безусловно фильму вредит. Для меня самым важным в «Пылающем» оказался именно женский вопрос. Вечная проблема неконвенциональности свободной женщины, которая ломается в борьбе со слатшеймингом, манипулятивным поведением, объективацией и просто жестокостью. Нужно быть глупой куклой, чтобы хотели, но не чтобы спасли. Нужно бить в барабаны, нужно кричать в рупор, чтобы поняли. Просто говорить, да даже плакать мало. Для мужчин в 'Пылающем' тоже не много опций. Если нет своего внутреннего огня, можно привычным жестом взять чужой. Да, здравствует манера заполнять внутренние пустоты симпатичными девочками. И чем больше в них жизни- тем больше радости это все отобрать, изничтожить, задавить. Причем это свойственно не только демонизированному Бену, но и казалось бы беззубому Джонсу. Все, что происходит в фильме после исчезновения Хэми- это боль. Потому что мужчины в своем брутальном мире могут сколько угодно решать проблемы своими хитроумными планами, шпионскими играми, физической силой, они уже все проиграли. И весь час, пока беспомощный Джонсу переносит свое тело с места на место, играя в детектива, в голове зрителя рефреном вертится- А ГДЕ ОНА? А ЧТО С НЕЙ, ИДИОТ ТЫ НЕСЧАСТНЫЙ? И к чему бы в итоге не привел нас всех режиссер, в сухом остатке: надломанные дурочки, идущие в объятия насильников, идиоты-парни, у которых в загадочном мире всегда будут загадочной исчезать сараи, колодцы и женщины; и ребята, которые поняли, что это все про то, чтобы перевернуть игру. За необычного Мураками, бесконечно красивую Чон Джон-со (все сцены с которой абсолютно необходимо посмотреть еще раз) и внутренний протест. 8 из 10

Почувствуй контраст между Кимчи из супермаркета и выходом в шикарный корейский ресторан. Теперь добавь намеков по вкусу и эмоцию мощнее чем любовь! Если тебе довелось читать Харуки Мураками, ты сразу узнаешь его загадочный стиль и удивительный мир метафор. Действия разворачиваются неподалеку от границы Северной и Южной Кореи. Один парень пасет коров, другой рассекает на Порше, а между ними симпатичная кореянка, но вряд ли ты сразу догадаешься почему фильму присвоен 18+. Детективная история приведет тебя туда, куда совсем не ждешь, потому что ни одна тайна в фильме не разрешается в конце! “Знаешь, что нужно, чтобы показать хорошую пантомиму?” - спрашивает девушка, смачно уплетая невидимый мандарин. “Не нужно представлять, что мандарин - есть. Нужно забыть, что его - нет!” Сперва ты думаешь, что за бессмыслица?! Но минут через 40 понимаешь в чем дело. А когда выходишь из кинотеатра, то перекладываешь события на свою картину миру. Магия, пазл собран! Ты даже можешь взять в кино своего близкого друга или подругу, и посмотреть какие разные выводы вы сделаете. Впечатление, что сколько людей посмотрят фильм, столько и будет интерпретаций. Может быть, поэтому “Пылающий” получил самый высокий рейтинг критиков за всю историю канского фестиваля?

Пылающий (Burning, 2018) - Что такое метафора, - спрашивает героиня фильма Хэми. Её друг Бен уходит от ответа и у него есть на то причины. - Джон-су тебе расскажет. Джон-су молодой писатель, выучился на литератора и мечтает написать роман, но в метафорах не силён. В жизни он их не замечает до поры до времени. Бен же напротив - большой мастер метафор. Как и создатель фильма корейский режиссер Ли Чхан. Вокруг метафоры выстраивается сюжет, метафоры проскальзывают в диалогах, в визуальных образах, да и название самого фильма метафорично по отношению к каждому из героев. Картина пронзительно поэтична. Добрую половину фильма Ли Чхан только дразнит, играет с характерами, подвешивает вопросы, раскидывает крючки, разжигая аппетит. И незаметно лирическая драма с классическим треугольником закручивается в острый, динамичный триллер, сжимает пружину так, что не вздохнуть. Фильм снят по рассказу Харуки Мураками «Сжечь сарай» и, как и положено в киноискусстве, здесь всё обострено, доведено до предела, чувствуется пульс и драма жизни. Для этого создателям фильма пришлось внести некоторые коррективы в рассказ, например, изменить возраст и бэкгранунд главного персонажа Джон-су. На мой взгляд, рассказ получил своё абсолютно совершенное кино-воплощение. В Каннах фильм произвёл фурор, получил приз ФИПРЕССИ, стал фаворитом критиков, журналисты назвали его главным шедевром фестиваля среди номинантов на Золотую пальмовую ветвь. В чем секрет? Казалось бы, подобные истории рассказывались ни раз, но здесь помимо звенящего в каждом кадре саспенса есть глубинный посыл, на ум приходит Достоевский.

С творчеством Харуки Мураками я была знакома всего лишь однажды, но впечатление от его «Охоты на овец», оставило долгий и глубокий след в моей душе, я долго рассуждала, почему так произошло. Ну вроде сюжет романа не прям из ряда вон, но вот зацепило и все тут. Поэтому желание посмотреть «Пылающий» было исключительно из любопытства, будет ли фильм таким же запоминающимся и цепляющим. Лично для меня, да, он стал таким же. Итак сюжет: молодой парень Ли Джон-су случайно встречает девушку Хэ-ми, они оба росли в одной деревне, проведя вместе вечер, Хэ-ми просит героя присмотреть за ее котом (живым или вымышленным?), так как сама она улетает в Африку. Герой соглашается, он подкуплен открытостью героини, как в эмоциональном так и в физическом плане и даже, в тайне, надеется на ее любовь, ведь это Хэ-ми первая узнала Ли Джон-су и пригласила его на встречу. Но мечты на взаимность рушатся, когда героиня возвращается из Африки с загадочным парнем Беном. Акцент на европейское имя видимо поставлен не зря, Бен не одной масти с Ли Джон-су и Хэ-ми, он представитель золотой молодежи, в то время, как Ли Джон-су и Хэ-ми из бедных семей, перебирающие случайными заработками. Но этот факт нисколько не смущает Бена, он спокойно садится в ржавое авто Ли Джон-су, знакомит героев со своими друзьями, приглашает их в свои богатые апартаменты и провожает закат, под запах навоза, в деревне своего, менее обласканного жизнью, нового знакомого. Под властью пьяного угара, а может быть и специально, Бен рассказывает Ли Джон-су про свое хобби, довольно странное, на первый взгляд – сжигание теплиц. «..все равно не поймают, никогда, корейской полиции на такие происшествия плевать, в Корее миллионы теплиц, брошенных, старых теплиц, они будто ждут, когда я их сожгу, а для меня истинное наслаждение – смотреть, как они горят…» - говорит Бен. Раз в два месяца он сжигает теплицу и вот время подошло и он, как раз выбрал очередную, совсем рядом с Ли Джон-су, в двух шагах от него (а кто жил раньше по соседству с Ли Джон-су?). Конечно, «сжигание теплиц» - это метафора и понятно почему у Ли Джон-су ушло так много времени, чтобы догадаться, даже учеба на филологическом не помогла. Ли Джон-су слишком заторможен, видимо и в университете он учился также, в течение всего фильма он откровенно «виснет», будь то его воображаемый рассказ, с названием и повествованием которого, он до сих пор не определился или интимная сцена, где вместо того, чтобы быть в настоящем моменте, он отвлекается на второстепенное или на планерке очередной подработки или просто разевает рот и все ждешь, что туда вот вот муха залетит. Герой хоть и замечает очевидное, а это то, что Хе-ми явно не пара Бену и это не только про социальный статус, но почему-то продолжает «тормозить», бороздя поля с заброшенными теплицами в своей деревне, в поиске той, которую Бен обещал сжечь. Видимо по причине этой заторможенности ему так понравилась Хэ-ми, настолько она открытая и эмоциональная девушка, которая не боится показаться нелепой в сцене поедания воображаемого мандарина, в сцене танца перед друзьями Бена, в сценах засыпания в любых общественных местах, она открытая, живая и не заторможенная, в отличие от Ли Джон-су, а главное Хэ-ми шла на страх, ведь она полетела в Африку совершенно одна, возможно эта отличительная черта плюс «ни такая, как все, поэтому он выбрал меня», могли сыграть с ней злую шутку и заглушить голос разума. И это естественно, что Хэ-ми выбрала Бена, ведь он - ключ от двери в новую жизнь - жизнь без долгов, без поиска случайных заработков, в мир роскоши, дорогих авто и апартаментов, чего жаждут миллионы девушек в Южной Корее. Но нужна ли она Бену, не зря Ли Джон-су предостерегает ее, ведь у них с Беном разные ступени социальной лестницы. Бен мог выбрать любую спутницу из круга своих богатых друзей, а тогда значит какой интерес у Бена к ее личности, как к миллиону других бедных девушек, которых, Бен, видимо, меняет, как перчатки? Режиссер не показывает задавалась ли Хэ-ми этим вопросом и вообще в сценах, где все три героя были вместе, Хэ-ми держалась отчужденно с Ли Джон-су, будто он был лишним. «Это Бен попросил меня тебя позвать» - говорит героиня Ли Джон-су т.е. она уже знала, что Ли Джон-су влюблен в нее и видела в этом преграду, на пути к открывшейся возможности, выбраться из бедности, вместо того, чтобы слушать разум. Хронометраж в два с лишним часа пролетел незаметно и да, эта история тоже оставила след в моей душе, как для девушки из миллиона других, не только из Южной Кореи, которая тоже хочет красивой жизни, но не такой ценой. 10 из 10

Автор замечательной, выдержанной в лучших традициях Кесьлевского, ленты «Тайное сияние» Ли Чан Дон на этот раз пытается оспаривать лавры живописца человеческого отчуждения у Вонга Кар Вая и Цая Мин Ляна, в 2000-е перепахавших территорию современного артхауса стилевыми и концептуальными заимствованиями из картин Антониони и его эпигонов - Вендерса и Эгояна. Насколько «Пылающий» «удался» можно судить хотя бы по его метражу – два с половиной часа – режиссер явно стремится перещеголять «Приключение», беря за основу сценария не столько рассказ Мураками, сколько основную идею шедевра Антониони – никем не замеченное человеческое исчезновение. Первые полтора часа перед нами – довольно заурядное, бедное по диалогам, мелодраматическое повествование о любовном треугольнике, наполненное малоприятными натуралистическими подробностями из сексуальной жизни героев (единственная постельная сцена выдержана в трагикомической манере – подчеркнута неловкость, отчуждение между героями, в духе бессмертной по своей значительности любовной сцены в ленте Катрин Брейя «Узкий пролив»). Исполнитель главной роли Ю А-ин то ли в жизни такой дурашливо-стеснительный, то ли играет хорошо, однако, его герой ну никак не выглядит начинающим писателем и знатоком Фолкнера. Подобно ему и другие актеры играют в среднестатистической азиатской манере – с пережимами и недомолвками. То, что Ли Чан Дон ориентировался именно на картины Цай Мин Ляна с его полупорнографическим пониманием человеческой сексуальности (вспомним то же «Капризное облако») при своем прочтении антониониевских тем, видно невооруженным глазом. Ну что делать, если современные деятели артхауса не могут достичь уровня итальянского мастера в его деликатном и тонком описании отношений полов?! Им приходится это чем-то восполнять. Однако, и на это можно было бы закрыть глаза, если бы в «Пылающем» была четко проработанная структура, жесткая композиция, вместо этого – сплошные лакуны и длинноты, никакого повествовательного драйва, безынициативность, вялость, я бы даже сказал, онтологическая дряблость персонажей. Антониониевские герои были буквально высушены одиночеством, они скитались по улицам и урбанистическим пейзажам как пришельцы с другой планеты, не узнавая ни мира, ни себя. Персонажи Чан Дона лишены глубины, в них присутствует лишь ложно понятая, поверхностная сексуальность, они не способны к эмоциональному теплообмену, заперты в рамках своей эгоцентрической индивидуальности, им не сочувствуешь, потому что сочувствовать вакууму нельзя. Единственное достоинство фильма – литературная и кинематографическая подкованность режиссера, явные переклички с поздним Кар Ваем, особенно с «Любовным настроением» - единственным обдуманным и последовательным подражанием Антониони в азиатском кино 2000-2010-х. «Пылающий» - свидетельство беспомощности не только артхауса, но всего современного мира, говорить о вечных проблемах, мучающих человечество, неспособности делать все то, на что были способны лишь выдающиеся мастера 60-70-х. Постепенное сползание картины Чане Дона на исходе первой половины в слабое подобие триллера еще больше усугубляет странность этого киновысказывания. Ближе к финалу становится понятна причина исчезновения героини, хоть об этом прямо и не говорится, потому слабые потуги на триллер кажутся вымученными и неинтересными. При этом, что самое удивительное, лента Чан Дона не бесит, в ней есть определенная правда жизни на исходе второго десятилетия XXI века: засилие гатжетов, тотальный аутоэротизм, бесперспективность людей понять друг друга, но даже шоковый финал не способен лишить опытного зрителя неприятного послевкусия, мысли, что время в кинотеатре потрачено зря, хотя в «Пылающем» есть, что и говорить, попытка запечатлеть приметы жизни, как современной, так и извечной, но в этом заслуга скорее Мураками, автора рассказа, легшего в основу сценария, чем продуманная модель режиссерского поведения.

«Пылающий» – не то детектив, не то социальная драма, не то триллер, не то комедия легкого абсурда, материя бесформенная, но не невесомая – сумевшая преодолеть зыбкое очарование Мураками, не покончив с собой. В руках Чхан-дона «Сжечь сарай», сохранивший завязку и несколько сюжетных ходов, остался таким же мимолетным, но рассредоточенным во времени моментом; легкость повествования преображается в медитативную, а порой и тягостную созерцательность, отстраненная возвышенность – в тщательный, но такой же высокий взгляд, зыбкость – в еще больший туман, кажущийся отчетливым вблизи. Фильм Чхан-дона – слишком полное высказывание, способное, кажется, эманировать от собственной полноты. С заметной, слишком заметной линией триллера, становящейся очевидной после первых намеков на корейского Гэтсби, здесь удачно соседствует социальная драма, размышляющая на тему новой корейской молодежи, ставшей далекой от прошлого до его равнодушия, лишенной многого, но забывающей, что «мандарина нет» (трюк, ставший главным для всех проявлений сюжета «Пылающего»), экзистенциальная притча, разворачивающаяся из главной фразы про сжигание сараев, ветхих обломков прошлого, которые сами указывают на себя, - притча, мастерству исполнения которой позавидовал бы Сартр, если бы перенял эту странную смесь фаталистичного экзистенциализма, по которой отец Джонсу, всю жизнь страдавший от приступов гнева, со смирением принимает тюремный срок, не проронив ни слова, Бен, главное воплощение утонченного гедониста на манер Гэтсби, просит не у бога, а у себя, и отправляет в огонь накопившийся сор – избавляя от него не только себя, а Джонсу – писатель без романа, «осуществляющий» себя в рассказе (существование предшествует сущности), - все же испытывает влияние символической фигуры отца, гнев которого когда-то заставил его сжечь вещи ушедшей от них матери. Это, наконец, и легкая мелодрама, неуклонно скатывающаяся в сторону абсурда. Медлительное повествование позволяет раскрыться всему, оставляя время и на созерцание нескольких красивых сцен (хотя их большая часть слишком привычна, не оставляя никакой памяти о себе), но часто сбивается в комок, предельно концентрируя смыслы и напряжение, которого не вызвал бы ни один «чистый» триллер. Соединив жанры, переработав сюжет, наполнив его новым, но не лишив главного, Чхан-дон оторвался от оригинала, не пытаясь подражать старому рассказу Мураками; все старое прошло, его фильм – о новом. Слоган «у каждого есть своя тайна» воплощается в своей предельности – каждый есть своя тайна, кроющаяся от всех и неспособная раскрыться, как бы того ни желала. На первый взгляд, об этом весь сборник рассказов Мураками, мучительно глядящий на невозможность трансценденции, пытающийся прикоснуться к следу светлячка и каждый раз чуть-чуть не дотягивающийся, но субъект Чхан-дона сосредоточен до предела, предвещая скорое схлопывание – и полную замкнутость на себе. Неслучайно немотствующий Джонсу, время от времени разражающийся придурковатым выражением лица или до крайности идиотскими фразочками, остается так безучастен – роль самопогруженного рассказчика не оставляет ему иного выбора, и Джонсу молчаливо глядит на спектакль, разыгрывающийся перед ним, актеры в котором нет-нет да подмигнут: «Все правильно, Джонсу?» Правда, для двух с половиной часов молчание, прерываемое всхлипами инструментов, оказывается слишком звенящим. Его монотонность утомляет, как и странные заброшенные крючки, затерявшиеся где-то в тине – вроде избыточных для сюжета звонков от неизвестных, молчащих в трубку, фицжеральдовских намеков Бена в духе «я хочу рассказать тебе свою историю, Джонсу», забывшиеся в середине картины, или постоянных звонков на мобильный телефон, провоцирующие все новые сцены, но надоедающие своей предсказуемостью. Предсказуемостью здесь веет от многого – сочетание триллера и детектива возводят ее в квадрат, но даже точка в сюжете становится лишь жирной запятой, обрывающей, но не останавливающей жизнь, продолжающей лететь, не замечая нашего изумления перед только что увиденным, не пытаясь объяснить, но стремительно зовя за собой. «Пылающий» многогранен – даже слишком, его тяжело воспринять во всей полноте, и хотя бы одна из линий (например, довольно поверхностная детективная) просит исчезнуть насовсем, не желая заслонять свет остальному. Впрочем, из «Пылающего» не стоит ничего убирать: он сам, ведомый экзистенциальным порывом, осуществляет себя, целиком превращаясь в загадку. Быть может, в этом и состоит его сущность. 7 из 10

Правда или ложь? Это как посмотреть. Гораздо легче, представить, что этого просто нет, чем думать о том, что это должно быть. Она с легкостью ест воображаемые мандарины. «Просто нужно не думать, что здесь есть мандарины, а забыть, что мандаринов здесь нет.» Фильм снят по мотивам рассказа Харуки Мураками «Сжечь сарай» и надо сказать режиссёру удалось из небольшой истории развернуть целый мир, дополнить, усилить, а местами изменить жизни героев. По сюжету, молодой парень Джонсу из бедной семьи встречает подругу детства Хемми, у них завязываются отношения, которые прерываются ее поездкой в Африку. Почему в Африку? Потому, что у нее есть накопления и почему бы не поехать в Африку. Она просит присмотреть его за своим котом, но вот существует ли кот на самом деле? Она считает, что да. Спустя время, Хемми возвращается, но не одна, а с Беном – и этот паренек явно относится к золотой молодежи, безмятежен и полон тайн. Весь фильм мы наблюдаем за любовным треугольником, который в финале заканчивается катастрофой. Но главное, фильм легонько подталкивает нас к размышлениям о морали. И это история о том, что кое-кто может себе позволить делать то, что запрещено, и не испытывать при этом ни малейших угрызений совести. А собственно почему нужно их испытывать? Ведь можно так рассудить, что нанося урон, причиняя вред, ты на самом деле даже дело делаешь, освобождаешь, избавляешь то, что так и просит избавления. И ничего плохого в этом нет. Как и в том, что идёт дождь, и разрушает потоком воды шаткие крыши домов в трущобах. Никто ведь не судит за это дождь. Метафоры, контрасты, иллюзии, двойственность, размышления: «сложнее всего увидеть то, что близко»; «голод тела или голод духа?». Весь фильм не покидает чувство таинственности, странности происходящего. Все вроде понятно, но в какой-то момент может поплыть и поставить реальность под вопросом. «Высасывает чувство реальности, жуткое ощущение» - эта фраза из рассказа в точности отражает фильм. Музыкальное сопровождение местами погружает в транс – ритмичные барабаны, словно сердцебиение, задают темп. Лай собак, крики птиц, дрожание камеры – все это отлично работает на погружение в мрачный мир, где что-то вот-вот должно случиться. Интересно наблюдать за игрой Стивена Яна (известному по сериалу «Ходячие мертвецы»), хоть иногда может показаться, что он просто играет самого себя. А вот дебют юной актрисы Чон Джон-со невероятно прекрасен – ее игра живая, естественная, настоящая. Напряжение к концу фильма растёт. И, как в любом хорошем фильме, здесь есть знаковая, атмосферная сцена, и это без сомнения закат, который герои встречают на крыльце бедного дома Джонсу, делятся своими самыми сокровенными тайнами. И, да, кстати, почему «Пылающий»? Оригинальное название фильма «Burning» подходит фильму куда лучше. 9 из 10